Печать Индиго (трилогия)

В глубине владений был разбит небольшой сад, с грушами и яблонями. Хоромы и двор окружал высокий частокол из массивных бревен, заостренных к верху. Добротные дубовые ворота имели железный запор, способный выдержать непрошеных гостей.

Немного угорев в наполненной народом светлице, Слава вышла на двор. Она остановилась у высокого каменного крыльца, укрывшись под березой, росшей у дома. Вечер был ясный, и озаренное вечерним закатом небо алело насыщенным красным отсветом. Девушка долго стояла, подняв лицо, созерцая оранжевый небосклон и слушая свадебные песни.

– Ты это, Светланка, погулять вышла? – спросил Федор и невозможно призывно улыбнулся девушке, явно пытаясь понравиться.

Слава ощутила неприятный опасный настрой, исходивший от молодого человека, и чуть попятилась от него, ударилась спиной о березу.

– Я немного угорела в горнице, – тихо ответила она.

– Пойдем со мной до реки пройдемся? – вдруг предложил он, приблизившись к ней вплотную.

Девушка отчетливо отметила странный блеск в его темных глазах. От молодого человека сильно разило вином, и это вызвало у Славы чувство омерзения. Она напряглась и нахмурилась.

– Зачем это? – удивилась она.

– Как зачем? Погуляем немного да вернемся.

– Не пойду я с тобой никуда, Федор.

Этот разговор начал напрягать ее, и она попыталась отойти.

– И чего это ты не хочешь? – как-то зло прохрипел Артемьев. Его язык заплетался, но он говорил все осознано и тихо. – С Гришкой-то и по полям целыми днями верхом катаешься, а со мной так и разок прогуляться не хочешь?

Осторожно, но твердо высвободившись из-под тяжелой руки Федора, девушка отодвинулась от него и недовольно вымолвила:

– Не хочу и все. Дай мне пройти, Федор.

Долгим пронзительным взглядом Федор смотрел на девушку, а в его душе росло негодование. Наконец он заставил себя отойти в сторону и глухо сказал:

– Больно горделивая ты, соплюшка, как я погляжу. Смотри, как бы чего дурного не вышло.

На эту угрозу Слава решила не отвечать, а, лишь приподняв голубую юбку сарафана, почти бегом направилась обратно в дом, опасаясь далее оставаться на дворе вместе с пьяным Федором.