Тайные знаки судьбы

 – Даже не вздумай меня отговаривать!

– А ты куда? – На душе сразу же стало как-то тревожно.

– Куда? – недовольно взмахнула Оксана руками. – Он с ребятами поспорил, что обойдет озеро три раза! Нормальный человек? Кто прется не пойми куда среди ночи? Вот зачем все это? А если…

– Ксюх, я большой мальчик, – строго посмотрел он на однокурсницу.

– Кира, но она права, – влезла я на правах его девушки.

Поэт посмотрел на нас удивленно-осуждающе.

– Вы меня перед мужиками опозорить, что ли, хотите? – спокойно спросил он голосом, не терпящим возражений.

Оксана фыркнула и отвернулась. Я недоуменно смотрела, как он вышел из комнаты, а через секунду его тень скользнула вниз по противоположной стене.

– Кирилл! – закричала я, бросаясь за ним вдогонку.

– Не торопись, он уже ушел, – мрачно буркнула Оксана. – Ой, какой идиот!

– Но зачем?! – воскликнула я, подбегая к окну и вглядываясь в вязкую черноту. – Что это за глупый спор?

– Это все Сергей. Он сказал, что тот, кто после полуночи в полнолуние обойдет Светлояр, увидит Китеж.

– Так полнолуние было два дня назад, – дернула я плечами.

– Вот иди и скажи им! Кира сказал, что, типа, он смелый, он обойдет. Вот нормальный?

– И что теперь делать? – охнула я, ухватив ее за руку.

– Что-что? – проворчала Оксана. – Ждать… Мы же не хотим опозорить его перед всеми. – Она недовольно поджала губы и нахмурилась.

Я бессильно опустилась в кресло рядом с окном, обняла колени и уткнулась в них носом. Ну почему он у меня такой… смелый?

Глава 2

Вы станете участником ряда перемен и преобразований в личной жизни других.

Отношения с окружающими у вас не в порядке, возникающие отсюда проблемы способны помешать исполнению ваших желаний, так что отношения необходимо прояснить. Будьте предусмотрительны!

    Книга перемен. Гексаграмма 18.

– Варя… Варвара, просыпайся, – теребила меня за плечо Оксана.

Я зевнула, натянула одеяло повыше и решила, что пять минут можно еще полежать – в комнате прохладно, а вылезать из-под теплого одеяла не хочется.

– Варька, вставай! – дернула она одеяло на себя. – Нам выходить через пятнадцать минут. Автобус уже пришел.

– А завтрак? – кое-как разлепила я единственный проснувшийся глаз. Второй в знак протеста закрылся особенно плотно.