Крепостная

Но вся эта внешняя привлекательность Урусова и его вызывающая красота совсем не трогали сердца Груши, так как для нее эталоном красоты являлся суровый и молчаливый темноволосый молодой Елагин, с широкоскулым приятным мужественным лицом и добрыми ласковыми глазами.

За последние несколько недель Урусов стал для Груши настоящей проблемой. Где бы она ни появлялась, князь сразу же оказывался рядом. Стоило ей зайти в гостиную и сесть за вышивку, как он заходил туда же и, как-то чересчур призывно улыбаясь, заводил с ней задушевные беседы или демонстративно начинал читать газету, и Груше отчего-то казалось, что он специально делал это, чтобы иметь повод остаться с ней наедине.

Если она читала в библиотеке, он также появлялся там и даже однажды вызвался искать вместе с ней книгу, выразив искреннее желание помочь. В музыкальную гостиную, где она обычно занималась одна, он приходил под предлогом того, что ему тоже захотелось помузицировать. А вчера вечером, когда княжна заставила ее разучивать романсы, битый час сидел рядом у рояля, услужливо переворачивал страницы и подсказывал ей верные аккорды.

Через пару недель это настойчивое преследование Урусова девушку стало беспокоить и искренне удручать. Но она даже взором не смела выказать недовольства, поскольку знала свое положение в доме. Груша совсем не мечтала об обществе князя и уже тем более не горела желанием вести с ним задушевные беседы, на которые он все время пытался вывести ее. Да Урусов никогда не переходил грань, но в его взоре Грушенька отчетливо видела заинтересованность и некий темный огонек, когда он смотрел на нее прямо и поглощающее.

Она ощущала себя рядом с ним как неопытная гимназистка с преподавателем, который не просто учит ее жизни, а указывает, как смотреть на те или иные вещи.

И сейчас, блуждая с ним по липовой аллее, Груша напряженно думала о том, как бы поскорее уйти от Урусова и хотя бы до вечера не видеть его надменного красивого лица и цепкого властного взора.

– Отчего вы так и не приходите трапезничать с нами в гостиной, Груша? Я же уже просил вас об этом, – заметил настойчиво князь.

– Мне там не место.

– Почему вы так решили? – воскликнул Урусов и внимательно посмотрел на девушку. – Прошу, не отказывайте нам с Татьяной в своем обществе за трапезой.

– Я не знаю, – замялась Груша.

Уже ближе к обеду Елагин проворно вошел в кухню, где в тот момент находилось около дюжины дворовых. Все с аппетитом ели и что-то дружно обсуждали.