Крепостная

Княжна глупо захихикала и, кокетливо посмотрев на поручика, проворковала:

– Такой чудесный день, как раз для прогулок! Не правда ли, Сергей Романович?

– И я об этом говорю! Но Аграфена Сергеевна не согласна! – воскликнул Пазухин, бросая недовольный, алчный взор на Грушу. – Я приглашал Аграфену Сергеевну на прогулку к реке, а она никак не хочет, – вымолвил поручик, как-то плотоядно ухмыляясь. Двусмысленная фраза Сергея с гнусным намеком мгновенно разозлила Константина.

– Не думаю, что в сию пору стоит идти к реке. Там сильный ветер. – Константин увидел, как Груша с благодарностью посмотрела на него. Он тут же расцвел, понимая, что правильно понял ситуацию, отчего явно выглядел в глазах девушки спасителем. – Татьяна, ты же хотела показать Сергею оранжерею?

– Ах да! Вы хотели бы, Сергей Романович, посмотреть мои цветники? Подскажите, что еще следует посадить, – улыбаясь, вымолвила княжна.

– Как, Татьяна Николаевна, неужели вы сами, своими нежными ручками высаживаете цветы? – удивленно сказал поручик, устремив взор на княжну. Татьяна зарделась и пролепетала:

– Нет, конечно. Груша и Лукерья присматривают за ними. Им-то делать нечего. А я все время в заботах.

– Да, да, понимаю, – произнес Сергей и добавил: – Я так хочу посмотреть на эту вашу оранжерею.

– О, конечно же, – прошептала Татьяна, замирая от радости. Поручик галантно подставил княжне локоть, и уже через минуту они удались по аллее в сторону дворца. Едва молодые люди отошли на довольно приличное расстояние, Груша обратила взор на Урусова и тихо произнесла:

– Я так благодарна вам, Константин Николаевич.

Константин ласково улыбнулся девушке и, приблизившись к ней вплотную и чуть наклонившись, тихо сказал:

– Ничего не говорите. Я все понимаю…

Он очень долго пристально посмотрел ей в глаза, и уже через миг Груша отметила, как серебристый взор князя переместился на ее губы. Она смутилась и опустила взгляд.