Крепостная

Константин хотел блеснуть перед девушкой своими знаниями и талантом и все вечера напролет в уютной гостиной оливкового цвета рассказывал всевозможные истории из жизни европейского общества или вспоминал о давней военной службе. Часто он играл на рояле забавные легкие вещи из репертуара Штрауса или Листа, и Татьяна с удовольствием ему аплодировала. Груша же не проявляла никаких восторгов, чувствуя, что за всем вниманием князя скрывается какое-то темное желание, непременно касающееся именно ее.

Глава X.

Дольское

Шестнадцатого мая Урусовы были приглашены к трем часам в Дольское к Лопухиным на спектакль. Князь Павел Петрович Лопухин, большой театрал, часто для помещиков соседних вотчин утраивал представления в своем небольшом усадебном театре, где выступали и играли роли крепостные.

В Дольское надо было прибыть к трем пополудни.

Оправляя свою легкую шаль, Груша, уже собравшись, вышла на крыльцо дворца и огляделась, Татьяны еще не было. Заслышав ржание лошади сбоку от себя, девушка непроизвольно повернула голову влево и быстрым взором прошлась по князю Константину, который уже сидел в седле, облаченный в красно-синюю гусарскую форму.

Урусов чуть приблизил своего вороного жеребца к крыльцу, где стояла Груша, и спросил:

– Татьяна скоро спустится?

– Она надевала шляпку, когда я заходила к ней четверть часа назад, Константин Николаевич, – почтительно ответила Груша. Урусов опять отъехал от крыльца, ласково похлопав по гриве нетерпеливого жеребца.

На крыльце стояли Агафья и Проша, и девушка приблизилась к ним. Агафья обернулась к Груше и, ласково улыбнувшись ей, поинтересовалась:

– Когда вернетесь-то, Груня?

– Не знаю, нянюшка, как Татьяна Николаевна захочет, – ответила Груша и ответила открытой улыбкой.

– Не забудь после на кухню к нам прийти, рассказать, – попросила Проша, которая была одной из крепостных горничных в поместье Урусовых.

– Конечно, зайду, – ответила Груша.

Константин то и дело исподлобья бросал страстные горящие взоры на светловолосую девушку, стоявшую с бабами на крыльце, и нервно кусал губы.

Грациозно изящная, хорошенькая в своем платье из легкого атласа яркого солнечного цвета, в соломенной легкой шляпке, Груша казалась ему невероятно юной и прелестной. Уже десять дней Урусов пытался вызвать у девушки ответную реакцию на свои порывы. И ощущал, что с каждым часом его плотское желание к этой соблазнительной нимфе становится все сильнее.