Крепостная

Лишь поцелуй, возможно, долгий, страстный Елагин жаждал получить от нее в этот момент. И не знал, как намекнуть Груше о своих порывах.

– Расскажите, что вам более всего понравилось в столице? – задал Андрей вопрос, лаская взором притягательную выпуклость ее груди в платье нежно-абрикосового цвета, с небольшим округлым вырезом. Она была без шляпки, и светло-медовые локоны, собранные в простую прическу, чуть растрепались на ветру, а короткие прядки красиво обрамляли нежные щеки, придавая ее лицу невозможную прелесть.

– Меня поразил дворец князей Юсуповых, у которых мы были в гостях, – сказала вдруг Груша, и в ее голосе отчетливо послышались нотки восхищения. – Что стоит на Садовой улице. Такой огромный, белоснежный, а внутри такое великолепие и роскошь, аж дух захватывает.

Андрей, немного смутившись от рассказа девушки, напряженно посмотрел на нее, остановившись.

– Вы бы хотели жить в таком дворце? – спросил он как-то мрачно.

Груша удивленно посмотрела в его голубые глаза и легко рассмеялась.

– Я? Как же можно? Я же крепостная! – воскликнула девушка. – Я здесь-то живу из милости, – добавила она уже глухо.

Они остановились у берега реки, и Груша опустила руку с локтя молодого человека. Вдалеке деревенские рыбаки закидывали сети, и девушка засмотрелась на них. Елагин же, не спуская с нее страстного взора и кусая губы, все подбирал слова, чтобы наконец объясниться с нею.

– Вы знаете, Грушенька, вот сейчас вы стоите рядом и мне отчего-то так хорошо на душе, – вдруг произнес тихо проникновенно молодой человек. Она обернулась и так же еле слышно ответила:

– Мне тоже душевно рядом с вами, Андрей Прохорович…

Молодой человек расцвел от ее слов. В следующую секунду Андрей проворно вытащил из-за спины правую руку. Груша с удивлением увидела в его широкой ладони небольшой букетик из подснежников и медуницы.

– Возьмите, Грушенька, это вам…

Опешив на миг, она ошарашено уставилась на его руку, понимая, что все эти полчаса Елагин упорно скрывал за спиной прекрасный букет из маленьких нежных цветов и словно не решался сразу же подарить его ей. Еще никто и никогда не преподносил ей цветов.