Лесной князь

– Нет, нет, – прохрипела Катюша испуганно.

– Но, – Иван нахмурился и поджал губы. Катюша, собрав силы, медленно села и, удерживая одеяло на груди, протянула руку.

– Я сама, – добавила она и выхватила из его рук рубашку.

– Отхожее место не на улице, а в доме, – объяснил он, не спуская с нее напряженного взгляда. – Вон за той маленькой дверью.

Он указал на небольшую дверь напротив кровати. Катя кивнула, показывая, что поняла. И хотела уже одеться, но Иван как будто не собирался отходить от кровати и стоял неподвижно.

Девушка напряженно уставилась на него красноречивым взором и нахмурилась. Он все понял и, быстро отвернувшись, отошел в дальний угол комнаты.

Катя, увидев, что Иван стоит к ней спиной, торопливо накинула на себя рубаху. Вещь была довольно широкая, и девушка утонула в ней. Рубаха оказалась чистой и даже пахнущей какими-то травами. Она спустила ноги с кровати и попыталась встать. Но едва она поднялась, как ощутила, что ноги не слушаются. В следующий миг, не понимая, что происходит, Катюша рухнула на пол, невольно вскрикнув.

Иван стремительно навис над девушкой, сидящей на расстеленной у кровати шкуре медведя.

– Что такое? – обеспокоенно спросил он.

– Ноги, с ними что-то не так, – вымолвила испуганно Катя и посмотрела на него снизу вверх, чуть не плача. – Я их совсем не ощущаю!

Иван сгреб девушку в охапку и посадил обратно на кровать. Присев рядом с ней на корточки, он начал сильными руками осторожно ощупывать ее ступни, перевязанные тряпками.

– Чувствуете? – уточнил он и внимательно посмотрел в ее бледное лицо.

– Нет, – она отрицательно замотала головой, испуганно глядя в его мрачное бородатое лицо, бывшее на уровне ее глаз.

Иван перевел руку выше по ноге девушки и прикоснулся к ее голеням. Катюша тихо всхлипнула, несчастно смотря на него.

– А здесь? – продолжал он, нахмурившись. Его сильные пальцы, начали ощупывать ее колени.

– Нет! Совсем ничего не чувствую! – в истерике воскликнула Катюша и, скинув его руки со своих ног, начала сама быстро ощупывать их.

Добравшись до бедер, она тихо пролепетала: – Только здесь, наверху, – устремив на него непонимающий испуганный взор, прохрипела сиплым болезненным голосом: – Отчего это?

– Наверно, обморожение, – объяснил Иван, внимательно глядя на девушку в широкой рубахе, которая едва закрывала ее ягодицы и верх стройных бедер.

– И как же я смогу… – замявшись, выдохнула Катя, и на ее глаза навернулись слезы.