Моя ойкумена. Заметки. Дневники. Лирическая хроника

Из дальнейшей истории видно, что Лот жил вовсе не обособленно, общался с жителями Содома, «которые были злы и весьма грешны перед Господом».

О ситуации России конца XX века можно сказать примерно тоже самое – в каждом из нас грехи, злость и жестокость прежних времен язычества и неверия, а с другой стороны – каждому из нас втайне поведано, что он может и должен, спасая себя и своих близких, до восхода солнца покинуть ту духовную область, в которой прожил всю жизнь, но на месте которой завтра возникнет Мертвое море.

И вот глава 19 книги «Бытие», и всего 26 стихов, повествующих о катаклизме, и рушатся проклятые города, и чудесно спасается единственный праведник.

Что это?

Новая редакция истории о Потопе? Слишком простое и слишком рассудочное объяснение. Время параллельно. Событие не происходит раз и навсегда, событие имеет несколько проекций. Древесные кольца, окаменевшая спираль миллионолетнего аммонита, галактическая структура циклона, витки, витки, витки… Время повторяемо, а слайд события время оное и всеединое, подобно сильному лучу, проецирует сразу на несколько по-разному наклоненных экранов.

Содом обречен.

А попытка насилия над Ангелами – глубина обреченности. Эта попытка имеет проекцию в стремлении большевиков обесчестить, унизить и растоптать дом Господень, т. е. Церковь. Увы, не только рухнувший Храм Христа Спасителя и улыбающийся с документальных кадров Лазарь Коганович с рукой на адском рубильнике, не только десятки тысяч священников, уничтоженных, сосланных, доведенных до отчаяния… Это сонмы разрушенных и разграбленных храмов, причем разрушенных и разграбленных не руками инородцев, а, в большинстве случаев, руками самого народа-Богоносца, руками крестьян.

Как известно, попытка надругательства над Церковью обернулась для искавших ее духовной слепотой: «И тогда Ангелы простерли руки свои и ввели Лота к себе в дом и дверь заперли.

А людей бывших при входе в дом, поразили слепотою, от малого до большого, так, что они измучились, искав входа.

Не так ли мы и в Стране Советов и в новой России блуждаем в поисках входа или выхода, но все тщетно. И блуждания эти стали особенно болезненны, хаотичны и беспомощны именно в последнее десятилетие.

Это потому что старое время кончается, а начала нового еще не видать.

Пограничное состояние.

Нейтральная полоса.

То, что было, уже больше никогда не будет, а то, что будет не дано знать никому.

Она оглянулась…

Она посмотрела на родной дом.