Небосвод несвободы. Стихи

Осень на грани нервного срыва.

Осень на грани зимы.

И чёрно-белым кажется фото,

лужи вдыхают озон…

Эх, полюбил бы кто-то кого-то…

Но – не сезон.

Не сезон.

Зимний разлад

Мы словно бузотёры в старших классах:

кривились рты в презрительных гримасах,

хоть что делить – никто не ведал сам.

Два мнения, два вопиющих гласа

чадили, словно жжёная пластмасса,

взлетая к равнодушным небесам.

Была зима. Казался воздух ломким,

а каждый шёпот – безобразно громким,

как грубый скрип несмазанной арбы.

Не видимый банальной фотосъёмке,

нам в спины бил змеиный хвост позёмки,

вздымаясь, словно кобра, на дыбы.

Блуждая между трёх дремучих сосен,

мы спорили. И каждый был несносен,

стреляя всякий раз до счёта «три»…

Был хор фальшив, хоть не многоголосен,

и было в целом свете минус восемь,

не больше. И снаружи, и внутри.

Всё было так нескладно и нелепо…

Любовь крошилась, как кусочки хлеба,

а ветер острой крошкой лица сёк…

И, раненые влёт шрапнелью снега,

мы мяли в омертвевших пальцах небо,

как школьник – пластилиновый брусок.

В границах заколдованного круга,

где не было ни севера, ни юга,

звенело: «Я так больше не могу…»

И наши тени, вскормленные вьюгой,

всё дальше расходились друг от друга

на жёстком хирургическом снегу.

Он, она и Паоло

Он любил её (не пытаясь составить пару

и стесняясь своей неловкости, комплексов и очков)

в тот утренний час, когда цокали по тротуару

мушкетёрские острые шпажки её каблучков.

Он думал о ней (по ночам, по утрам, в сиесту;

сам себе говорил: «Пропадаю. Ведь так нельзя ж!»).

Хоть и жил совершенно рядышком, по соседству,

но, встречая её, исчезал и врастал в пейзаж.

Ей впору б спешить на пробы к Феллини и Копполе —

омут гибельных глаз и татарская резкость скул,

лёгкость быстрого шага, балетная стройность тополя…

Только он – умирал и не мог подойти.

А она, а она тускло в офисной стыла рутине,

каждый день был расписан. На всё был размеренный план;

а в квартирке на стеночке – фото Паоло Мальдини,

гениальнейшего защитника клуба «Милан».

За зимою зима, время мчалось, взрослели школьники,

Михаэль Шумахер царил на этапах «Гран-При»…

Как странно бывает: в любовном простом треугольнике

стороны треугольника невидимы изнутри.