Иностранка

Григорий поменялся в лице и, смертельно побледнев, выпалил:

– Как вы смеете, милостивый государь!

– Смею, еще как смею, – вымолвил твердо Глушков и властно велел: – Озеровы останутся под арестом, а вы, сударь, немедля покиньте крепость, пока я не настрочил рапорт о вашем своеволии!

Не успел комендант договорить свою фразу, как Чемесов стремительно вытянул из ножен свою саблю и, схватив Глушкова за горло, прижал его к себе спиной, приставив острие к шее Егора Васильевича.

– Не двигаться! – гаркнул Чемесов, обводя глазами двух солдат, гонца и Борисова, которые также выхватили в ответ сабли и уже было бросились к нему.

Глушков попытался сопротивляться хватке Чемесова, но молодой человек еще жестче надавил на лезвие, и оно сильнее впилось в горло коменданта. – Прекратите! Иначе изведаете моей сабли!

Глушков замер, недовольно поджав губы, а солдаты и прапорщик остановились.

– Оружие на пол! – скомандовал Григорий. – Ну, кому сказал! И ружья тоже!

Солдаты, гонец и Борисов, недовольно сверкая глазами, кинули сабли и ружья на пол, оставшись на месте.

Кирилл Петрович и Сергей Озеровы, стояли неподвижно и лишь ошарашенными глазами смотрели за всем.

– Чемесов, вы спятили? Да вас под трибунал за это отдадут! – прохрипел Глушков, не в силах нормально дышать, потому что молодой человек как будто железным кольцом руки сжимал его горло.

– Ха, на испуг берешь! Да мне уже ничего не страшно! – бравируя, выпалил Чемесов, испепеляя глазами солдат и прапорщика.

Видя, что они ждут удобного момента, чтобы накинуться на него, Григорий гаркнул: – А ну отойдите к окну! Ну!

– Мы отойдем, ваше благородие, – сказал увещевательно Борисов, пятясь к окну и не спуская напряженного взора с молодого человека. – Только вы с саблей поосторожней там. Не ровен час, пораните Егора Васильевича.

– Вы пьяны, поручик, сейчас же отпустите меня и уберите оружие! – процедил в бешенстве Глушков, осознавая, что за все время его службы комендантом подобного случая не случалось и теперь это положение пойманного было для него невозможно унизительным.

– Уберу после того, как вы отпустите Озеровых на свободу! – процедил Чемесов.

– Вы же знаете, что это против воли государыни! – процедил сквозь зубы комендант.

– Хватит болтать! – прохрипел уже недовольно Григорий. – Немедля велите привести Марию Кирилловну!

– И тогда вы отпустите меня? – поинтересовался недовольно Глушков.