Предчувствие другой судьбы

Настал момент истины. С закрытыми глазами, почти на ощупь, достаю письмо. Открываю глаза, и… пустой лист бумаги. Что?

Я была сильно ошарашена. Что за шутки такие? Кто все это придумал? Я шумно выдохнула и потерла бумагу. Большой неожиданностью для меня оказались слова, которые начали проявляться. «Omnes unum» – гласила надпись.

Глава 4

На уроках философии в школе частенько слышала основной вопрос: в чем смысл жизни? Там был и второй не менее важный вопрос: что главнее: материя или сознание? Но если вернуться к первому, то сам собой напрашивается другой вопрос – в чем смысл смерти? Действительно, вот ты умер, а какой смысл? Все, вроде все завершилось, моментально.

Но если верить, что это не конец, а только начало другой жизни. Значит ли это, что конец – это только начало?

Весьма странное ощущение, на грани сна и реальности. Для меня оно было очень необычно. Еще одно мгновение и я проснусь, но так хотелось растянуть это мгновение еще на пару минут.

Сложно, очень сложно понять необъяснимое. Собственно, всю жизнь я только и пытаюсь сделать это. Пока мне плохо удается, но я надеюсь, в скором времени мои успехи будут лучше, чем сейчас.

– Аня! – крикнула Полина. Кажется, я заснула.

– Я нормально, нормально, наверное, еще не окрепла после своеобразного обморока, ты уже умылась? – я постаралась перевести тему разговора.

– Да-да, слушай, если почувствуешь, что твое состояние ухудшается, то говори, – она смотрела на меня с сочувствием, как старшая сестра.

Я была благодарна ей за заботу.

– Хорошо. Ого, уже почти десять! Кирюша спит, – у меня неприятно заурчал живот и, наверняка, громко для окружающих, – Полин, пошли, поедим? Мама приготовила мои любимые ребрышки, и я хочу отвлечься. Давай забудем на этот вечер, что было и повеселимся, хорошо?

– Ладно, надеюсь у нас обеих все наладиться: у тебя с твоим здоровьем, а у меня со здоровьем родителей. Кстати, если ты действительно упала в обморок, то это, наверное, здорово так напугало хулиганов, доставших тебя, – задумчиво проговорила моя белокурая подруга.

Мы ринулись на кухню наперегонки, словно дети. Во время пира нашего желудка мы смеялись и тыкали друг друга ногами под столом, а еще кривлялись на камеру и делали кучу фото. Делать это нужно было очень тихо, чтобы не переполошить всех домочадцев.

– Полин, мне пойдут розовые волосы? – не дождавшись ответа, я рассмеялась.