Печать дьявола, или Тайны дачного поселка

Тайна вторая. Подозреваемые.

Проснулась я с первыми лучами солнца и с воплями своего любимого попугая, который спозаранку пришел рассказать мне о том, что утро уже доброе. Иногда я начинаю жалеть, что в свое время остановила выбор именно на попугае, а не на коте, например. Хотя, говорят, что с котами не легче. Они тоже, будь здоров как, достают своих хозяев особенно по ночам и по утрам тоже. Короче говоря, надо было заводить черепаху: экономно и удобно. Вроде какая-то живность в квартире есть и в то же время никого не напрягает.

Сразу после завтрака я отправилась в больницу к Вике, в надежде получить хоть какие-нибудь утешительные новости. Однако, там меня ждал не очень приятный сюрприз.

– Арина Михайловна, – позвала меня медсестра, когда я уже почти зашла в Викину палату, – с вами хочет поговорить следователь.

– Кто? – с удивлением переспросила я.

Хотя это было вполне логично. Произошло преступление. Его надо расследовать. А учитывая, что я оказалась на месте его совершения одной из первых, то являюсь важным свидетелем, поэтому естественно было бы меня допросить.

Медсестра подвела меня к двери с табличкой «Заведующий отделением» и со словами «Вас там ждут» куда-то испарилась. Я вежливо постучала и вошла.

За столом прямо напротив двери спиной к окну сидел мужчина средних лет.

Когда я вошла, он пристально посмотрел на меня. От этого взгляда мне стало как-то не по себе.

– Громова Арина Михайловна? – то ли спросил, то ли констатировал он. По интонации было не очень понятно.

– Да, – согласилась я, на случай если это все-таки был вопрос.

– Тихонов моя фамилия, Юрий Иванович, следователь районного ОВД, – представился он. – Присаживайтесь, у меня к вам несколько вопросов.

– Ну, надо же, – изумилась я, подходя к столу и присаживаясь на любезно предоставленный стул.

– Что вы имеете в виду? – не понял следователь.

– Ну как же, вы сказали, что вы Тихонов.

– Да и что же?

– Вы Тихонов, я Громова. Как противоположности, слова-антонимы.

Следователь снова пристально на меня посмотрел, как будто раздумывая, вызвать психиатра сейчас или подождать, что будет дальше. При этом он ни разу не моргнул. Мне стало еще хуже.