Утренняя поездка

Утренняя поездка

Александр Андреевич Кулешов

События, в которых вы никогда не окажетесь, хотя прожили их уже не раз.

Ранним октябрьским утром Николай Павлович как обычно поднялся с кровати и приступил к сборам на работу. Утром понедельника, после выходных, всегда особенно сложно прийти в себя. Было сложно и Николаю Павловичу. Но наибольшую проблему в эти минуты представлял для него поиск очков. Ни на тумбе около кровати, ни на рабочем столе, ни в ванной их не оказалось.

Поиск очков плавно перемешивался с общей утренней суматохой и, казалось, полностью растворялся в ней, медленно исчезал, словно по повелению гипнотизёра.

Умытое лицо, чищенные зубы, костюм, туалетная вода и вот Николай Павлович сам не заметил, как очутился в автобусе. Так всегда случается по понедельникам.

Снаружи было холодно. Николай изрядно это ощущал, но никак не мог выбрать подходящую тактику отепления: упереться в стенку, около которой он и существовал в настоящее время, перетерпеть двухминутный скачок морозных ощущений, но комфортно ехать дальше, или же, напротив, стараться аккумулировать тепло в себе, усердно избегая всяких поверхностей.

Впрочем, необходимость этого спора моментально отпала, когда он осознал, что уже касается определенной поверхности. Да он явно ощущал эту твердь спиной – он лежал.

Осмысление этого факта ужаснуло: как!? Почему?! Позор! Ему хотелось вскочить, да что там, взлететь и немедленно оправдаться перед самим собой, и, возможно, кем-то, кто видел это безобразие! Но… С другой стороны… Как же сладко он лежал! Когда ещё ощутишь такое блаженство? Тем более утром понедельника.

Да, теперь эта поездка, к чему бы не вела, уже была стократно приятнее сотен и сотен подобных поездок. И всё вокруг Николая становилось приятным, уютным: мороз не обжигал, а лишь робко освежал, поверхность под спиной была подобна великолепным перинам, словно постеленным для Николая в лучших отелях мира, никто не толкался, ничто не давило, да и вовсе стояла блаженная тишина, подогреваемая мерным рычанием мотора и пикантным еловым запахом.

Николай Павлович начинал задумываться: не стоит ли ему сделать пару кружков на этом замечательном автобусе, всё же слишком дивно он себя ощущал, да и работа… Могут же всё-таки ему простить первое за карьеру опоздание. Ведь и причина не самая идиотская, можно и понять.