Струны серебряного колеса

Окажется вдруг, что вы очень похожи,

И ты не случайный в их жизни прохожий,

Что это любовью назвать можно с первого взгляда,

Когда возникает восторг от присутствия рядом,

Как дрожь пробегает в соприкосновении,

Телами и душами соединение.

Увидишь посланье на синем заборе:

«Сегодня встречаемся в 9 у моря»,

И ты полетишь по его тротуарам

Навстречу Любви, что окажется даром,

Который искал ты долгое время,

И встреча случится, что мигом изменит

Пустующий вечно зал ожиданий,

И скорый прибудет к Платформе Желаний.

И с новою силой взметнутся рассветы,

И новая Жизнь вместе с Солнечным Ветром

Обнимет росою сверкающих искр

Город, зовущийся Любящий Жизнь.

И следуя зову странных желаний,

Напишется новая книга сказаний.

Соприкоснувшись, пересеклись

Я – Жизнь и Любовь, ты – Любящий Жизнь.

* * *

Она была дородной великаншей

И знала, как всё в пользу превратить,

Но был вопрос, её не отпускавший:

А нужно ль мстить, коль можно заместить?

Вредить она не собиралась,

Ей только должно виру получить

За мужа-великана, что украли

Проныры-цверги, дабы изучить.

И мужа бы вернуть обратно надо,

Надеялась она, что он живой.

А если нет? Тогда уж всей бригадой

Проныры-цверги к ней потопают домой.

* * *

Морщины на руках и поседевшие виски,

Полвека на Земле, а только поняла,

Что пользы нет от масок шутовских,

Надев их на себя, я солгала.

* * *

Вечер. Комната. Ни звука.

Всё находится в покое.

Ветер мысли убаюкал.

Неживым стало живое.

Неподвижности мгновенье

На мгновенье совпадёт

С искривлением движения.

Перезапуск, переход…

Фагот

Забытый рыцарь, шёл ли ты с копьём?

И что сверкало на щите твоём,

Когда ты в странствиях лихих

Спустился в мир законов колдовских?

Что делал там ты семь веков?

Искал таких же игроков,

Союзников ли, странников,

Шутов – судьбы изгнанников?

И сохранил ли на щите

Ты поклонение красоте?

Ты доверял себе? И знание ль —

В основе уникальности сознания?

А радость жизни не утратил

Ты от излишка благодати?

Иль недостатка, может, чести

Склонил ты своё сердце к лести?

Никто не помнит, кем ты был,

И сам ты, часом, не забыл

Своё призвание, решив укрыться

В тени веков, Забытый рыцарь?

«Вязанка дров», затерянных в лесу,

Оставленное кем-то имя…

Кому-то в этом видится абсурд,

Кому-то тайна, не раскрытая другими.