Чемодан

Она снимает со своей шеи крест и вкладывает его в грязную ладонь подростка.

– Он золотой. Может, тебе удастся на хлеб обменять. А сейчас помоги мне скорее доктора дотащить.

Парнишка вешает на шею золотую цепочку с крестом и хватается за край волокуши.

Пожар

Железнодорожные пути повреждены. Горят два последних вагона – гибнут люди. Суматоха. Женщины, дети, старики в панике бегут, наталкиваются друг на друга, кричат. Из пылающих дверей вырывается пламя. Раненых выносят из огня. Все борются с пожаром.

– Палыч, куда ты? – орёт кочегар Гришка. – Сюда! Сюда! Воды!

Гришка выхватывает из рук пробегающей мимо женщины ведро с водой и с размаха выливает её под вагон. Пшшшш… Валит густой чёрный дым.

– Воды! – изо всех сил орёт Гришка.

– Воды! Воды! – доносится со всех сторон. Санитарка бежит с вёдрами. Вода прыгает, выплёскивается через края. Гришка бросается ей навстречу. Он подхватывает ведро, поднимает высоко над головой и опрокидывает. За секунду становится мокрый от макушки до пят.

Едкий дым раздирает глотку. Душит.

На машинисте горит одежда, но он продолжает работать. Гришка водой сбивает огонь с его спины.

– Подъёмник не проворачивается! – кричит Палыч.

Гришка бросается к машинисту на помощь. Чёрный дым клубами окутывает мужчин, вызывая удушливый кашель. Со всех сторон вырываются языки пламени и касаются рук, ног, плеч, спины.

Наконец состав расцеплен.

Кочегар вытаскивает обгорелое тело Палыча, взваливает на плечо и бежит к девятому вагону в операционную.

– Врача! Врача! – орёт изо всех сил Гришка с чёрным от копоти лицом и взъерошенными волосами.

Навстречу по перрону бредут, как незрячие, люди. Фрагменты тел валяются под ногами. Стаи ворон, чуя пищу, кружат над местом трагедии.

Операция

Веру с мальчиком встречают санитары. Они перекладывают доктора на носилки и заносят в вагон. В операционной пахнет дымом, будто подгорело молоко.

– Готовьте к операции! – командует Вера и подходит к умывальнику. Моет руки. Медсестра держит наготове халат. Санитарка подбирает волосы врача и собирается повязать ей платок. Вера отклоняется от неё и просит надеть ей колпак.

– Он же мужской, – говорит санитарка с удивлёнными глазами.

– На мне и брюки мужские. Ну, что застыла? Шевелись, – отвечает Вера. На глазах у персонала невысокая, хрупкого телосложения женщина превращается в уверенного и строгого доктора.