Сюрприз для дона Серхио

Вот если дон Серхио будет не в духе, он сразу после остановки в сопровождении своего венесуэльского громилы подскочит к двери, быстренько сбежит по трапу, и мы ничего не снимем. Он не будет ждать пока мы развернёмся и будем готовы начать съёмку.

– В общем, двигайся. Двигайся, сеньор Сальвадор Горацио. Добро пожаловать в пул дона Серхио, – добавил Альварес, который уже протискивался по проходу в сторону выхода, держа в одной руке видеокамеру, а в другой штатив, который весь полёт лежал прямо в салоне «Эль-Уракана».

Как и штатив Лопеса, который тот как раз в этот момент поднимал с пола.

– А если мы с тобой упадём при выходе из самолёта, то продюсер пришлёт новую бригаду, – рассмеялся Алессио Лопес.

– Понятно, – тихо произнёс Сальвадор Горацио.

Альварес уже находился возле выхода из хвостовой части салона и, видимо, чтобы произвести впечатление на Горацио, громко крикнул:

– А ещё главное, чтобы нашего эль Команданте при спуске с трапа сопровождал венесуэлец, а не донья Сантьяго.

А то вся наша суета с беготнёй к выходу будет зря. Показать не разрешат!

Оператор первого государственного канала расхохотался и поймал на себе осуждающий взгляд Базиле Годоя. Оператор поймал на себе взгляд протокольщика и, вроде бы обращаясь непосредственно к нему, крикнул, чтоб слышали и коллеги:

– Двигатели шумят, Базиле, двигатели. Поэтому вместо слов «Славься, дон Серхио» ты и услышал что-то другое. И если это другое, что тебе послышалось, ты где-то повторишь, то тебе не поздоровится.

Годой спешно закивал, а трясущиеся губы шептали проклятия в адрес чрезвычайно общительного оператора, который был на голову выше ростом. Альварес давно работал на телевидении и побывал во всех странах Южной Америки, США, Мексике и нескольких европейских государствах и знал, что он один из самых опытный и высококлассных специалистов своего дела во всей Умбрии. А природные самоуверенность и завышенная самооценка лишь подкрепляли его собственное мнение об этом.

Но в присутствии кого-то из высокопоставленных особ Николас Альварес никогда колкостей в отношении первого лица страны не позволял. Потому уже десяток лет и сопровождал дона Серхио в важных поездках.

– Эй, меня-то пропусти! – Хара заставил Горацио выпустить его с кресла возле иллюминатора и, выставив сумку с фотоаппаратом вперёд, уже стремился за операторами двух государственных каналов.