Царская дочь

– Что это за зверь?

– Козлик!

– А у меня есть шубка из кусочков крашеной лисы, но она уже устарела…

– Разве шубы выходят из моды?

– Так на всё есть мода. И на вечерние платья, и на свадебные, и на меха.

– А сколько тебе лет?

Михайлова обычно на этот вопрос не отвечала, а тут вдруг призналась. Оказалось, что Стручкова младше её всего на полтора года, а она-то думала, что ей и тридцати ещё нет!

– Да, сейчас не поймёшь, кому сколько лет, – согласилась Марина. – Катя, а твой муж знает, что ты ходишь в церковь?

– Нет.

А про детей Божьих он знал.

– А почему ты его не приглашаешь?

– А он утром спит, и не замечает, когда я ухожу и прихожу.

– Так всё равно надо приглашать!

– У нас всё сложно.

Эту нелепую фразу Катя вычитала «ВКонтакте» о «семейном положении» Вали Горевой, старшей сестры Валеры Явлинского.

– Так у нас с Володькой, как мы только поженились, один сплошной детектив!

Так они добрались до остановки. Марина на прощанье по-христиански поцеловала сестру Михайлову в щёчку, – ей нужно было ехать в посёлок, ныне городское поселение Городищи.

А Катя – вдоль китайской стены, которая есть в каждом подмосковном городе. И опять буквой «Г»!

Домой она вернулась где-то пол-одиннадцатого. На кухне трещало масло, – квартирантка Оксана с вечно недовольной, кислой физиономией, что-то жарила. Чистоплотностью она не отличалась, в раковине вечно плавали макароны.

Михайлова по вечерам читала в кухне, но, почувствовав себя оккупанткой, убралась в неудобную маленькую комнатку.

Глава 11

Дознаватель

В пятницу, всё так же в семь вечера, всех приглашали на молитвенную, и Михайлова решила посмотреть и узнать, как там всё проходит. Она набрала Марину Стручкову:

– А где будет молитвенная, в Москве?

– Нет, в Щёлочи, в церкви! – как всегда восторженно, ответила Марина.

Часа в четыре вечера позвонила лидер домашней группы и устроила … самый настоящий допрос с пристрастием. Как Катя вчера поняла, когда-то с Тиграном у них была своя фирма, где сестра Егоркина трудилась главным бухгалтером.

– Катенька, здравствуйте! Вот вы сказали, что давно не работаете. Вы – пенсионерка?

– Я же не бабка ещё.

– Я имела в виду инвалидность.

– Нет.