Выжившие

Та, как всегда, отказывалась слушать дочь, списывая всё на стресс и на обострение её болезни.

«Ты бездушная, бессердечная тварь», – твердила Саша про себя, сама не зная, к кому обращены её ругательства – то ли к себе, то ли к матери.

А голоса в голове вторили ей: «Да! Ты бездушная, ты бессердечная! Убей себя! Убей себя!»

Саша знала, что, если бы рядом с ней был отец, они смогли бы разобраться во всём, он бы помог ей вынырнуть из этой бездны отчаяния и самоуничтожения. Но отец приехать не мог. А мать… Саша любила мать, но та никогда не понимала её.

В тот вечер Саша наконец-то осталась одна. Запас продуктов подошёл к концу, и матери пришлось оставить девушку одну дома. Она была уже сильно пьяна и наотрез отказывалась выходить из квартиры.

Только хлопнула входная дверь, как голоса в голове взвыли с утроенной силой.

«Убей себя. Убей себя!» – шептали, шипели, кричали они.

Ей бы позвонить матери, попросить её вернуться. Или хотя бы отцу, услышать его спокойный голос, но Саша сидела за столом и сверлила взглядом непонятно откуда взявшееся лезвие.

«А может, и правда это выход? Не будет больше ни угрызений совести, ни чувства вины, ни этих противных голосов».

Она задремала прямо на высоком стуле в обнимку с бутылкой. Даже во сне она продолжала размышлять, взять ли ей в руки лезвие.

Саша развернула руку, посмотрела на вены, проступающие через кожу, и представила, как больно ей будет.

А потом она увидела его. Незнакомый мужчина с тревогой смотрел на неё. Он сидел на её диване, в чёрной растянутой футболке и серых спортивных штанах.

Она с жадностью рассматривала его, пытаясь разгадать – это галлюцинация или просто сон.

Его лицо показалось ей смутно знакомым, но она не могла вспомнить, где и при каких обстоятельствах они могли встречаться ранее. Скорее всего, подсознание во сне слепило собирательный образ из всех знакомых Саше мужчин.

Так она подумала, когда мать разбудила её. Девушка только и успела спросить: «Кто ты?»

С того вечера прошло уже несколько месяцев. Мир успел рухнуть. Все, кого Саша знала или любила, погибли.

Он был нужен ей. Он, а не Яна, кошка или этот весельчак Макс, неожиданно появившийся в её жизни из ниоткуда.

Уже заканчивая портрет, она ощутила на себе чей-то взгляд. Обернувшись, она увидела Макса.