Гниль

– Ну вот…, – глуxо произнёс он. Затем прошёл к середине моста, подошёл к его широкому парапету, немного постоял, глядя вниз, на звёздное небо, пародируемое рекой, и забрался на парапет. Человек стоял и готовился к прыжку.

И вот, когда он наконец-то был готов отдаться реке, мысли совсем иного порядка закружились в его голове: «А что, если смысл всё-таки есть? Что, если жизнь не такая уж и примитивная, какой я её себе рисую? И ведь если я сейчас спрыгну, то я об этом вероятно уже никогда не узнаю. А вдруг в ней всё же есть что-нибудь xорошее и стоящее, и мне надо лишь постараться направить моё отношение к ней в другое русло.

В конце концов, миллиарды людей ведь как-то живут; и многие из ниx выглядят искренне счастливыми».

Эти мысли и мысли подобного рода молниями мелькали в его голове. И он уже был готов развернуться и спуститься обратно на твёрдую землю, но тут вдруг кто-то сзади окликнул его:

– Эй, парень! Ты чего туда забрался?!

Парень машинально обернулся, и от этого резкого движения левая нога его соскользнула.

Через несколько секунд раздался всплеск.

А ночь продолжала течение, отражаясь своей темнотой в xолодной глади реки.

////////////////////////////////////////////////\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\

|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||

\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\////////////////////////////////////////////

Мальчик из коробки

Моя очередная смена на складе подходила к концу.

Все мысли уже битый час были направлены на бутылку виски, что стояла у меня дома, в моём, чёрт бы его побрал, холодильнике.

Ладно, вру. Не мой это холодильник. И дом не мой. Всего лишь арендуемое помещение с арендуемым холодильником. К этому всему добавляются арендуемые: стол, унитаз, ванна, постель, пол, потолок и прочая херня, вплоть до вешалок. Всё не моё, за всё приходится платить. Зарабатывать, чтобы тратить. Тратить, чтобы зарабатывать.

Жить, чтобы умирать. Умереть, чтобы освободить место очередному больному ублюдку, который тоже сдохнет. Немыслимый и бессмысленный неминуемый процесс.

Мне предложили сверхурочные. Какой-то грузовик опаздывал, а его надо было разгрузить. Я рассудил так: час жизни – ничего не стоящая фигня, зато деньги, которые получишь за этот час, можно выгодно обменять на выпивку. Это предельно разумно. Конечно, я согласился.

Склад уже давно закрыт.