Байки города N

Оказались они парнями вполне себе свойскими, понтов особых не колотили, даже прокатили кое-кого по трассе в «боевом режиме» (вот где ужас-то!). Мы же, со своей стороны, старались их в меру сил и возможностей развлечь и сделать их пребывание в маленьком городке максимально приятным.

И вот однажды гонщиков пригласили в баню. М-да… В баню их пригласили… А какая же баня без водки? А им, между прочим, гоняться завтра… А гоняться с похмелья как-то не очень. В общем, всю водку выпили наши, гонщики сидели, как дураки, трезвые… Пиво не в счет.

Ну и парились, конечно.

Итак, сидит вся честная компания после парилки, завернувшись в простыни, в «комнате отдыха» за большим деревянным столом, уставленным разнообразными закусками, соленьями и напитками. Знайте, мол, гости дорогие, наше N-ское гостеприимство. Гонщики потягивают свое пивко, наши допивают водку.

И тут поднимается во весь свой довольно приличный рост еще один наш приятель, по прозвищу Мичман, и, покачиваясь, провозглашает:

– Д-д-орог-гие друзья! Мужики… Я так люблю автоспорт! Я так люблю машины! Я преклоняюсь перед гонщиками! Я вас так люблю! От лица всех здесь присутствующих я хочу… п-продемонстрировать вам свою п-приязнь! – любит Мичман красиво завернуть.

Произносит он этот спич, стоя напротив гонщиков, и пытается дотянуться до них через стол, а потерпев неудачу, залезает на стол с ногами с явным намерением добраться до гостей по кратчайшей траектории, чтобы обнять их и, видимо, дружески облобызать.

Неожиданно простыня распахивается, являя миру мичманскую «приязнь» во всей красе. Гонщики шарахаются в стороны, друзья вцепляются в Мичмана, пытаясь усадить на место, но он ловко выскальзывает из не очень твердых рук, оставляя в них простыню, взбирается все же на стол и, задевая головой люстру, кричит вслед убегающим гонщикам:

– Что же вы?! Куда же вы?! Я хочу продемонстрировать вам свою приязнь!

Занавес.

Дружить с нами после этого гонщики не перестали, но от приглашений в баню вежливо отказывались.

Михалыч (донская быль)

День у Михалыча не задался с самого утра. На планерке у мэра его отымели за срыв сроков сдачи объекта. Попытки объяснить что-либо успехом не увенчались. Кирпич, цемент, арматура и многое другое, не поставленное в срок партнерами, в расчет не принимались. «Проблемы индейцев шерифа… в общем… не волнуют… – любил зам по строительству образную речь. – Объект должен быть сдан ко Дню города».