Инверсионный шлейф

Это был старинный друг и однокашник отца Самойлова, они дружили еще с курсантских времен, и так соблаговолила судьба, что под завершение летной карьеры оба попали в один город, только в разные подразделения: Сергей Иванович – командиром военно-транспортного полка, а Александр Кузьмич Воронков – начальником пока еще не до конца развалившегося ДОСААФа, именно он выполнял в тот день полеты на одном из бортов по выброске летчиков полка.

– Вот что, давай-ка слетаешь сейчас со мной.

– Добро, – Иван благодарно кивнул.

Зайдя на борт, Самойлов сел на порожек при входе в кабину. Парашютисты уселись по местам. Запуск. Самолет вырулил на взлетную полосу и после разбега оторвался от земли. Ветер усилился, поэтому воздушные ямы ощущались намного сильнее. Самолет болтало, но крепкие руки и мастерство пилота удивительно мягко удерживали его в горизонте.

Выход на боевой курс. Сирена. Пошел! Пять парашютистов покинули борт и вспыхнули в небе белыми куполами. Еще заход, и оставшиеся пять человек вместе с выпускающим ушли в бездну. Штурман вылез из-за штурвала и жестом пригласил Ивана в кабину. Самойлов сел на правое кресло и надел наушники.

Третий, четвертый разворот. Ан-2 вышел на посадочную прямую. Молчавший все это время пилот сказал:

– Запрашивай.

– Что-то я не понял вас, Александр Кузьмич, – ответил Иван, нажав кнопку СПУ.

– Запрашивай, говорю. Жокей, я шестьсот сорок первый, на прямой, к посадке готов. Я вылечу тебя. Что же это такое, здоровый парень, а, видите ли, не годен. Выкинь всю дурь из головы и запрашивай, – немного грубо сказал пилот.

Волнение подкатило к горлу, ведь это было первое серьезное испытание для его речи. Нажав кнопку радиостанции, Иван четко запросил:

– Жокей, я шестьсот сорок первый, на прямой, к посадке готов.

– Шестьсот сорок первый, посадку разрешаю, – ответил руководитель полетов.

– Разрешили, – ответил Самойлов.

– Ну вот, – Александр Кузьмич с улыбкой посмотрел на парня. – А говоришь – заикание. Все ты можешь, только вбил себе в башку всякую хрень.

Иван не стал ничего доказывать, откинувшись на спинку, он поудобнее устроился в кресле, взял в руки штурвал, дублируя действия летчика.