Против режима. По ту сторону

– Мари, почему ты плачешь? Это всего лишь моя мечта, тебе она не понравилась?

– Нет, что ты, дорогая, мне безумно понравилось! Она обязательно сбудется, вот увидишь.

– У меня почти целый набор игрушек.

Сказав это, девочка поставила мишку среди остальных игрушек. Деревянную машину она раскрасила в синий цвет засохшей гуашью, смачивая слюной, и имела эта игрушка прекрасный дух бедного ребенка, блестела, намекая на усердный труд девочки. И успела она смастерить одну ногу у куклы, игрушку эту называла по имени матери, Элизабет.

– Флоренс, заходи, не надо стоять и стесняться, – cказала девочка.

– Привет, Абигейл, здравствуйте, Маргарет.

– Добрый день, Флоренс.

Маленький мальчик лет девяти, одетый в лохмотья, некогда бывшие одеждой, медленно закрыл за собой дверь.

– Флоренс, ты, наверное, жутко голодный. Присядь, я поставлю чай, папа вчера принес колбасу, сейчас пожарю. Заранее предупреждаю, что не знаю, испорченная или нет.

Абигейл улыбнулась во весь рот.

– В последние годы я и так питаюсь испорченными продуктами, мой организм привык, так что не бойся.

И дети посмеялись.

– А вы, Мари, будете колбасу?

– Да, дорогая, спасибо.

Запах жареной колбасы манил голодного мальчика, доносились непонятные звуки желудка.

– Ты когда последний раз кушал, Флоренс? – участливо спросила девочка.

– Вчера утром.

– О боже, Флоренс, зашел бы ко мне, ты ведь знаешь, я всегда рада тебя видеть.

– Давай я тебе помогу, дорогая.

Писательница стала резать заплесневелый хлеб. Достав из кармана ветхий плеер, включила песню русского исполнителя Виктора Салтыкова – Белая ночь.

– Мари, а кто это поет? Слов не разобрать.

– Русский певец.

– Русский, как партнер отца, Сергей?

– Правильно. Как Сергей.

– Почему именно русские исполнители? А наши?

– Мне музыка нравится, а тебе не нравится?

– Почему же, мне тоже нравится. Сергей добрый и знает наш язык.

– Да, русские сильно поддерживают нас, и мы благодарны им.

– Виктор Салтыков, ты его лично знаешь?

– Нет, дорогая, но я видела его фотографии.

– Произнося это имя, можно язык сломать. Он, наверное, толстый.

– Нет, малышка он замечательный человек, красивый высокий и не толстый заметь. – Писательница засмеялась.

– Про что он поет, ты знаешь, Мари?

– Про белую ночь, про хороший сон.

– Ух ты, звучит здорово. Тебя учили русскому?

– Да дорогая, я знаю русский язык.