Две стороны медали. Книга стихов

    1994

Давай же созидать и крылья альбатроса

и трели соловья, узоры мотылька,

гончарный круг и медь, и спицы, и колёса,

и крылья ветряка, и формулу цветка.

Создам ли из ребра ещё одно творенье –

и свет, и тьму, и твердь, и ангельское пенье?

Вчера ещё не смог бы – веры не хватало,

но я тебя увидел, адское зерцало,

не Беатриче, нет – ты мне явилась въяве,

небесное созданье в дьявольской оправе,

и ужаснулся я, открыв тебя вчера:

душа и дух и плоть из моего ребра.

    1995

Истома, истома…

Но – в счастье не веря —

из дома, из дома,

и – стук истукана,

испуг дон Гуана,

окара и кара

от рук истукана,

так Дант Алигьери

карал Даниэля,

и в счастье не веря, —

о, донна Анна,

прости, донна Анна…

    1994

Губительный изгиб

Н. К.

Губительный изгиб,

излом бровей, излука —

из тетивы бровей, из лука

лучится свет или лукавство?

…За взгляд один отдать полцарства.

И гнев излит,

и злит излет

души на кромке

миров, где звонкий

ты встретишь день

или – потемки?

    1994

Проросли в душе пророчества

многоячеством речей…

Многоокость одиночества —

одинаковость ночей,

где цветет на дне сознания,

на изнанке век, очей

смутный образ мироздания,

чуждый плод на древе знания —

непостижный и ничей.

    1994

Нежный ужас

Н. К.

Пока не осужден – не сужен,

не знаешь, жив ли в самом деле:

когда приходит нежный ужас

с глазами раненной газели,

чужим страданием разбужен,

я выползаю из постели.

Бессонниц каторжные цепи.

Видений сумрачные сонмы.

Светает. Мрак для мира лепит

из света восковые формы.

А на заре великолепье

и щебет птиц тревожат сон мой.

Просторен мир, но в каждый день

вхожу я тесными вратами,

попробуй, бремена продень

в ушко иголки – за плечами

то ль два горба, то ль крыльев сень,

и нежный ужас пред глазами.

    1995

Грехопадение

Грехопадение бесшумно: все мы

из детства изгнаны, как из Эдема.

В аду обетованном глас Адама

мы слышим в наших коммунальных кущах,

но стихнет он – в пустыне вопиющий

раздастся глас – ведут очередного

козла, как говорится, отпущенья,

а я паду в твои объятья снова,

чтобы в любви отмыть грехопаденье.