Жених эконом-класса

– А, без пяти минут жена! – обрадовалась Елизавета и язвительно поинтересовалась: – Как счастливая жизнь на новом месте? Что-то, я смотрю, ты мне с домашнего звонишь.

– Как догадалась? – вяло спросила Катя. Ей очень не хотелось признаваться в своей слабости, но обсуждать проблему с мамой после того, как уже гордо сообщила, что выходит замуж и переезжает жить к жениху, не было моральных сил.

– Шерлока Холмса смотрела? Так вот, у меня на кончиках ушей есть такие чувствительные точки… – заржала Кротова и добавила: – У тебя на почве сильных чувств всю память отшибло.

– А, ясно.

Но Лиза не дала ей собраться с мыслями, не заметив и не прочувствовав трагической паузы, предшествовавшей монологу.

– Я-то своего как проверила! – горделиво начала Кротова и примолкла, ожидая нетерпеливых вопросов.

– Как? – покорно выдавила из себя Катя.

– Предложила в июне съездить на курорт!

– Ну и?

– Он согласился. Сразу!

– Знаешь, если бы это сказала я, – рассудительно заметила Катя, – то ты бы сразу начала веселиться и учить меня, что пообещать и сделать – разные вещи.

– Умнеешь на глазах, – одобрила Кротова. – Только тут один момент – мы уже съездили и купили билеты, потом-то не купить будет. Вот так вот.

– Тогда здорово. А что, его с работы отпустят?

– Так он начальник, сам себя отпускает.

– Поздравляю.

– Судя по тону, тебя поздравить не с чем, – констатировала наконец Елизавета.

– Да не то чтобы не с чем, но как-то все не совсем так, – печально забормотала Катя.

Выслушав ее сбивчивый рассказ, обильно сдобренный воспеванием Сашиных неоспоримых достоинств, изумительных перспектив и собственной дефективности, Лиза вздохнула:

– И как он видит вашу совместную жизнь в этом муравейнике? Его что, твое отношение к этому всему не интересует? Или с самого начала вы собираетесь жить по принципу «молчи, женщина»?

– Нет, – призналась Катя.

– Дело не в том, что ты не сказала, а в том, что он не спросил. Как, мол, тебе, любимая, наше гнездышко? Хороши ли прутья, не воняет ли пух?

– Лизка, он спросил! В том-то и дело!

– Ну?

– А я наврала. Сказала, что все замечательно и просто лучше быть не может.

– Тогда ты дура. Клиническая. И тебя надо лечить.