Небесный странник

– Хорошо, не буду задерживать вас лишними расспросами, – вскоре подытожил ксенопсихолог, – хочу поинтересоваться – как вам здесь у нас? Всё ли вас устраивает? Если ли пожелания?

– Я хочу сказать вам огромное спасибо за то, что спасли меня, – поблагодарил абориген.

– Мы рады, что вам у нас нравится, – с удовольствием произнёс ксенопсихолог, – надеюсь, вы теперь поняли, кто мы?

– Думаю да, – ответил ланпарянин.

Островский с некоторой брезгливостью выключил запись и перешёл к отчётам. В голове всё мешалось, мысли не клеились, а планы казались смутными.

После пропажи Климова, главы отдела ксенопсихологии, весь коллектив утратил чёткий вектор действий. Отрывочные сведения, получаемые от нескольких местных жителей, давали слишком мало информации.

Островский был заместителем Климова и в данный момент координировал работу отдела вместо него. Ему патологически льстило, когда его называли по имени и отчеству «Лев Николаевич», как известного писателя девятнадцатого века. Островский давно мечтал сместить Климова с должности главы отдела, как некогда Климов сделал это с ним благодаря чётко отлаженной «Теории ксенопсихологических перспектив».

Лев Островский едва прикоснулся к бумагам, как в дверь позвонили. Он со вздохом щёлкнул пультом от монитора над раздвижной дверью. Два молодых парня толпились под камерой. Из динамика доносился их невнятный разговор. Их звали Тао Кимура и Артём Колокольцев.

– Слушаю вас внимательно! – прозвенел Островский на весь кабинет.

Ребята одновременно посмотрели в камеру.

– Лев Николаевич, мы к вам по срочному делу.

Островский нажал красную кнопку на пульте, и раздвижные дверцы ушли в стены. Из коридора хлынул бледный свет, и тени двух молодых сослуживцев заплясали по полу. Островский щёлкнул третью кнопку на пульте, включив дополнительные лампы. Он на несколько секунд зажмурил глаза от внезапно нахлынувшего потока света.

Ксенопсихологи неуверенно зашли в кабинет. Тао и Артём были одними из лучших молодых специалистов. Климов обучил их бесподобно – и контактам, и стратегии общения, и тактике ведения внештатных ситуаций.

«Теорию ксенопсихологических перспектив» эти двое могли пересказать по памяти. Климов… и снова Климов.

– С чем пожаловали? – рявкнул Островский, – час до конца рабочего дня, а мне ещё отчёты…

– Лев Николаевич, – вежливо перебил Колокольцев, – кажется, мы только что видели Максимова.

– Максимова? – Островский сделал вид, что удивился, выкатив глаза, – Так… Максимов.