Небесный странник

Третьего… – повторил он медленно, – Жаль, что не первого.

Они отошли в сторонку. Илья пронзил его насквозь взглядом, готовясь что-то сказать, непременно важное. Каждый раз, когда Климов смотрел на Андрея, тому казалось, словно вся его душа, все её пороки и достоинства открывались перед взором ксенопсихолога, и ничто не могло укрыться от этих испепеляющих и вместе с тем добрых и кротких глаз. Не зря его сделали первым по контактам с внеземным разумом.

– Послушай меня, Андрей, я хочу сказать тебе кое-что очень важное.

В это время к Максимову двинулась группа ассистентов. «Опять радиоуглеродный анализ» – с недовольством подумал Андрей и постарался казаться как можно более незаметным.

– Андрей Александрович, вас просят, – звали они.

– Да иду уже, подождите секунду! – крикнул им Андрей – Что ты хотел сказать? Говори быстрее.

Климов продолжил:

– Андрей, я просто хотел сказать, что всегда буду рядом. Что бы ни произошло, что бы ни случилось с нами на этой планете, я не оставлю тебя одного. Я всегда приду на помощь, когда будет нужно.

– Что с нами здесь может случиться? – засмеялся Андрей, – разве что только техника покалечит.

Климов замялся, не зная, что ответить. Он горел желанием сказать нечто более важное, но не решался.

– Тебе ещё многое предстоит узнать… – вымолвил Илья.

– Согласен, тут ещё изучать и изучать. А теперь, можно я поработаю? – вежливо попросил Андрей.

– Да, конечно, – вздохнул Илья, – не смею задерживать.

Он проводил Андрея взглядом, преисполненным грусти.

– Ты что-то вспомнил? – неожиданно спросил Кан.

Андрей открыл глаза и заметил, что стоит на коленях, согнувшись в туловище.

– Да, – сказал он, – я был здесь. Я видел останки…

– Я тоже кое-что вспомнил, – сообщил Кан, – Ребёнок – это скульптура. Когда коалиция отвоевала крепость, они нашли много мёртвых пленных. В память о жертвах войны один солдат, который оказался начинающим скульптором, сделал из камня статую ребёнка.

Андрей сделал прямую осанку и навострился:

– Ты знаешь, где находится скульптура?

– Конечно, знаю, – сказал Кан утвердительно, – здесь, неподалёку, рядом с пещерой.

Максимов с тихим ужасом спросил:

– А куда указывает статуя?

Кан понял намёк. Оба исступленно молчали.

– Они отвоевали крепость, захоронили останки в пещеру и засыпали песком… – сказал Максимов без капли сомнения.

– Может быть, там найдутся ещё ходы? – предположил Кан, – Вероятно, это и не пещера вовсе, а какая-нибудь подземная катакомба.