Небесный странник

– Мы не занимаемся таким варварством, Камиро, – пренебрежительно бросил Леонид, – разумеется, мы не станем делать то, на что вы не согласны. Мы сотрудничаем только на добровольной основе. Если вас не устраивает процесс контакта, вы вправе отказаться в любой момент.

– Я пришёл не для того, чтобы отказываться, Леонид. Я пришёл…, чтобы меня выслушали. Понимаете, ведь я уже не молод. Мне на самом деле нужно многое успеть рассказать.

– Тогда я вас слушаю, – сказал Леонид.

– Понимаете, в этом мире не всё так просто, – начал Камиро, – Далеко не так, как кажется на первый взгляд.

У Леонида мурашки по коже пробежали.

– Но как? Откуда? – недоумённо восклицал он, сверля гостя взглядом.

– Этого я пока вам не могу сказать, – ответил Камиро и замолчал. Леонид исступленно смотрел на него в надежде получить какой-нибудь комментарий, но всё казалось тщетным.

– Значит, вы не скажете мне, откуда знаете русский язык, – разочарованно добавил он.

– Давайте не будем об этом, – вежливо попросил Камиро, – я не буду говорить вам, почему знаю русский язык, и какие причины на самом деле побудили меня пойти на контакт. Однако…, – Камиро сделал паузу, – я однозначно могу сказать вам то, что вас обрадует.

– Что именно? – с надеждой спросил Леонид.

– Я знаю ответ на феномен Уитмана.

– Это было бы ценным дополнением к архиву нашего института, – оживлённо сказал Леонид. Его глаза снова наполнились живым блеском и любопытством.

– Скажите, Леонид, как бы вы отреагировали, если бы я рассказал вам длинную историю?

– Обычно я не люблю длинные истории, – сказал Леонид, – но если она как-то связана с феноменом Уитмана, я готов слушать вас сколько угодно.

– Это история необычная… и очень красивая, – с удовольствием сказал Камиро, – Возможно, самая необычная история из всех, которую вы когда-либо слышали.

Глава 2. Без памяти

Я проснулся и чувствую, что не могу встать. Голова болит чудовищно, словно свинцом залили. И не только голова. Всё тело ломит, как после марш-броска. Нет, пожалуй, даже хуже. Словно через мясорубку прокрутили, а потом собрали по частям снова. Не помню, что же со мной произошло. Словно кусок памяти вырезали. Не могу сообразить, где я нахожусь. Надо проверить, всё ли я помню о себе. Так. Я Андрей.