Гуд, но не очень. Сборник рассказов

Нагловатый, упитанный или, как говорили бабушки на лавочке во дворе, «гладкий» Аферист походил скорее на домашнего кота, чем ничейного. А пугливый, тощий Беня, встретив на лестнице кого-нибудь из соседей, разворачивался и удирал. Широкое образование, полученное по принуждению, многих сделало неврастениками.

– Сложный язык.

– Русский.

– А другой есть?

– Есть. Василич, когда выпьет, говорит: «черти нерусские!». Вот, у этих чертей свой язык. Нерусский.

Следующая новость о жертве, необходимой при поступлении на должность кота домашнего, привела Афериста в состояния шока.

– Лаки ведь яйца отрезали.

– Пытали!? – от ужаса кот остановился и сел на землю. Потом задрал заднюю лапу, словно желая убедиться, что у него всё на месте, и стал нервно вылизываться.

– Да, нет . Сказали, наоборот, чтобы не мучился.

– А он что мучился? – никак не мог понять кот. И видимо пытаясь разобраться, спросил:– А себе они тоже отрезают?

– Отрывают. Тут Василич сказал, что какому-то Аркадию Борисовичу точно яйца оторвёт.

– Жуть какая-то!

–Но разговор о другом. Я тебе объясняю: любая карьера требует жертв.

– Да уж!

– И постоянного совершенствования.

– Например?

Пёс выдержал паузу, обязательную перед важной новостью, и выдохнул:

– Ты знаешь, что Лаки должен какать в коробку?

– Да, ладно!

– Лаки, конечно, бунтует!

– Отчаянный малый!

– Я тебе больше скажу: они тоже в коробку срут. – Беня показал глазами на Василича. – Только в другую. Унитаз называется.

– Зачем?!

– Такие нравы.

– Дурость какая! И котов мучают, и себе жизнь портят.

– Но главное в нашей службе, это, конечно, порода самих хозяев. Лаки в этом плане повезло. Мне тоже.

Беня ткнулся носом в ногу Василича.

Да уж. Если бы не Василич, который работал сторожем на складе, по соседству с живодёрней, и забрал тогда ещё безымянного Бенедикта к себе, сейчас бы приятели не беседовали.

А у Лаки, восхождение по служебной лестнице, или, лучше сказать, получение места (в комнате тёти Поли), как и многие удавшиеся карьеры, произошло не без посторонней помощи.

Менеджер по переноске квадратных и перекатыванию круглых грузов, был хмур, огромен и чуть пьян, по случаю предстоящего захода Солнца.

Он протянул тёте Поле свою ладонь, на которой уместилась маленькая картонка с развалившимся в ней Лаки, тогда ещё не с угольной, а серой мордочкой.