Шах вам, королева!

Он мотается среди вешалок и хватает вещи, ориентируясь по цвету или фасону и не учитывая размер. Переменяв несколько пар брюк и видя, что из одних он выпадает, а другие даже не в состоянии протащить выше колен, мужчина впадает в растерянность. А когда, совершенно измочаленный, он все же определяется с размером, неожиданно выясняется, что у брюк есть еще и рост…

– Я могу вам помочь? – ласково проворковала Татьяна, устремившись к покупателю.

Смугловатый шатен с простецким, но милым лицом жалобно моргнул и мучительно сморщил лоб, формулируя ответ.

– Вам нужен костюм? Брюки? Рубашка? Ремень? Джемпер? – начала играть в угадайку Татьяна.

– Нет. – Он нервно засопел и прошептал: – Трусы есть?

– Есть, – обрадовалась Таня. Нет, она не рассчитывала, что застенчивый бугай станет их мерить, но все же… – Вам какие?

– Боксеры, – снова налился свекольной краснотой посетитель.

– Вам пойдет, – ободрила его продавщица, хищно уставившись на объект.

– Вот и девушка моя тоже говорит: чего ты в семейниках, как деревенщина, ходишь! Купи, говорит, приличные трусы, чтобы я не вздрагивала!

– Вот ведь, – расстроилась Татьяна.

– Да, безобразие, – кивнул мужик. – Они у меня сатиновые, как занавесочки. Она так и говорит…

– Молодой человек, идите прямо и направо! – раздраженно перебила его Таня. – Белье у нас там.

– Спасибо, спасибо, – чуть ли не в пояс поклонился покупатель, пятясь от неожиданно разозлившейся продавщицы.

– Ну и ладно, – пробормотала Караваева, глядя вслед уплывающему улову. – У меня на сегодня еще Егор остался. Вполне сойдет за начало важных дел. Хотя, конечно, простоват. Но мужик и не должен быть сложным. Со сложными, по логике, одни сложности.

Ольга Ивановна бодро шагала по тропинке, рассекая воздух сухонькими ручками.

Эту дивную старушку им выдали в агентстве загородной недвижимости, отрекомендовав как лучшего специалиста.

Если бы Юлька с Димой знали, что они у бабки первые, то, наверное, сразу отказались бы от своей затеи. В конце концов, Дима вообще не хотел на лето за город, а Юлька и подавно. Но Евгения Михайловна наседала на них, как голодный медведь на улей.