Счастье малое, домашнее

Мол, ей всё остальное неинтересно, и вообще – он сам пригласил… Александр смотрел на неё молча, в углах его полных губ словно таилась усмешка победителя, а тяжёлый, пробирающий до позвоночника взгляд размазывал Марусину самоуверенность, как масло по горячей сковородке.

В тот раз они обменялись именами и телефонами. Знакомство состоялось, но как-то внезапно прервалось, так как у Александра объявили посадку. Они летели в разные места разными рейсами.

Маша едва не расплакалась, когда он, махнув рукой на прощание, ушёл.

И даже ни разу не оглянулся.

Сутки Маруся сходила с ума, едва не завалила сделку и вообще вела себя как озабоченный хомяк перед зимовкой. Она была сосредоточена, самоуглубленна и слабо вменяема. То ли Александр оказался тем самым «мужчиной мечты», то ли просто у Маруси давно никого не было, и все её реакции стали лишь плодом взбунтовавшейся физиологии, так или иначе – она совершенно сошла с ума. Еда в горло не лезла, сон не шёл, она бредила его голубым насмешливым взглядом из-под тяжёлых век, его ямочкой на подбородке, его обволакивающим голосом.

На вторые сутки она стала подумывать, а не позвонить ли первой. Но это было бы… унизительно. Да-да, унизительно. Девушка не должна напрашиваться. Он должен сам.

Видимо, Александр был не в курсе, что что-то такое ей должен, поскольку он не звонил и не писал.

– Что-то ты хреново выглядишь, – сообщил Марусе начальник. С некоторых пор, после того как шеф получил «полный отлуп» от хорошенькой сотрудницы, у них установились доверительные, почти дружеские отношения.

Босс Марусю зауважал за принципы, а Маруся его – за ненавязчивость и понятливость. Большинство мужчин, услышав от дамы решительное «нет», недоумевают, не верят своим ушам и долгое время бьются лбом в закрытые ворота, не желая поверить, что им отказали. Машино начальство оказалось понятливее. Нет так нет.

– Жизнь тяжёлая, – отмахнулась от сочувственного взгляда директора Маруся.

– Влюбилась, – понимающе хмыкнул шеф.

– Иди в баню, – насупилась Маша. – Не лезь в душу.

– Ясно, влюбилась, – удовлетворённо гоготнул отвергнутый некогда кавалер. – Вот, Маня, отольются теперь тебе мои слёзы. Я так хотел, так хотел, а ты меня обломала!

– А ты плакал?

– Нет. Мужчины не плачут, – заржало начальство. – Ладно, не кисни. Перевернётся и на твоей улице грузовик с принцами, подберёшь себе что-нибудь.