Пожить в тени баобабов

– Ишь, тетку нашли! – совсем уже в отчаянье оскорбилась Татьяна, сама не понимая того, что несет. В ней теперь говорили только страх и беспомощность. – Ишь, тетку, видите ли, нашли!

От страха у нее заплетался язык, но остановиться она уже не могла:

– Мне теперь после вас возиться тут всю ночь!..

И замерла, снова в испуге прижав руки к груди.

В прихожей громко звякнул звонок.

– Муж! – шепотом выговорила Татьяна. – Это муж! Это муж вернулся!

А сама подумала: какой муж! Это же глупый Санька!.. Он что-то понял, потому и приехал… Это мой влюбленный дурачок Санька Филиппов! Это он, конечно! Он ей поможет.

Но вслух, почему-то шепотом, она повторила:

– Муж!

– Заткнись, – тоже шепотом ответил ей Игорек. – Знаем мы, где твой муж. Пискнешь, глотку порву. Как тот сапог.

Татьяна круглыми глазами уставилась на Игорька.

Не сделав ни одного лишнего движения, Игорек любовно извлек из-под длинного плаща пистолет.

Наверное, пистолет.

Несмотря на работу в «Криминальной хронике», Татьяна мало смыслила в оружии, только помнила, что у револьвера, кажется, должен быть барабан. У оружия, которое извлек Игорек, барабана не было. Отсюда и вывод.

– Ни звука, тетка, – предупредил и Хисаич, останавливаясь за ее спиной.

Звонок, как ни странно, верещал теперь ни на секунду не умолкая, будто его заклинило. Неизвестный за дверью никак не хотел уходить, наполняя сердце Татьяны то отчаянием, то надеждой.

Санька это! – шептала она про себя. Это Санька Филиппов, влюбленный дурачок… Догадался!.. Он сейчас поднимет на ноги весь дом!

Татьяна знала, как трудно такой старый дореволюционный дом с толстыми каменными стенами поднять на ноги каким-то там дверным звонком, но что-то заставляло ее верить в это, заставляло надеяться.

Держа пистолет в правой опущенной к полу руке, Игорек бесшумно скользнул к двери.

Оружие изменило его.

С оружием в руках Игорек выглядел уверенным человеком. Он как бы даже подрос внезапно, по крайней мере, не выглядел недомерком.

Отвечая на кивок Игорька, громоздкий Хисаич из-за спины Татьяны негромко сказал:

– Иди, тетка, к двери.

– Зачем? – заворожено спросила Татьяна.

– Чего зачем? – удивился Хисаич. – Откроешь.

И даже подтолкнул Татьяну длинной сильной рукой:

– Ни хрюку, значит, ни грюку. Сперва спроси, кто там. А потом открой.