О Дикий Запад!

Язвительные замечания.

Он, растерзанный и потный, с грохотом спешивается, чуть не падая. Врастопырку, старательно и неумело привязав лошадь, поднимается по ступеням, неумело и вежливо приветствуя. Все обмениваются ироническими взглядами. Вслед ему – издевательский хохот.

Салун: расхлябанное пианино, дым, игра в кости. Он спрашивает у стойки пиво – и вливает в себя кружку, как в ведро опрокидывает. Вторую. Четвертую. Блаженная улыбка. Шестую.

– Не подать ли ведро, сэр? – осведомляется бармен.

– По-моему, этот парень дырявый.

– Просто он работал раньше пожарным насосом.

Подходит громила:

– Поставьте кружечку, мистер. – Вежливо-нагл.

Приветливая улыбка:

– Пожалуйста.

– И мои друзья – они тоже истомились жаждой. – Широкий жест назад – полдюжины обросших оборванцев нахально ждут. – Правда, желудки у бедных малюток малы для пива, приходится пить виски.

Наш ковбой отворачивается. Шуточки: «Он пьет за свою лошадь тоже». «Отодвиньтесь, джентльмены – сейчас из него брызнет».

– Вам не залило пивом уши, сэр? – Громила наклоняется к нему. – Разве вы не слышали просьбы? – Льет на него пиво из кренящейся кружки. Хохот.

Наш ковбой последним усилием воли сдерживается – и резко бьет его. Колотуха у него – пушка! (Ну, рука-то – гарпун в кита всаживать!) Громила безжизненно валится на пол.

Оборванцы бросаются на него – разлетаясь под ударами. Всеобщая махаловка: рушатся перила, разносятся столы, со звоном разлетаются бутылки, на рояле визжит задравшая юбки девица – пьяный нежно лапает ее за ноги, удивленно их разглядывая – и с аккордом падает на клавиши.

За столиком в тихом углу – крупный немолодой человек с сильным резким лицом: тяжелая челюсть, седые виски, ковбойский костюм – мэн что надо. Когда очередной драчун летит на его стол – он смахивает его в сторону или отшвыривает ногой, не выпуская сигары из зубов и стакана из руки. С одобрением следит за нашим.

Перед ним – карты и кучки денег: шла игра.

Нашего парня одолевают: целая куча держит и бьет.

Седоватый мэн сгребает все деньги со стола в карман, допивает стакан и спокойно подходит к махаловке. Раскидывает всех:

– Здесь кто-то хотел пить? – Кидает ожившего громилу через стойку в лохань с водой.

– И бедные малютки тоже? Они пьют только виски?

«Малютки» поочередно летят в стойку с бутылками: грохот, звон.

Бармен:

– Сэр, у меня салун, а не похоронная контора.