Камень. Повесть

В гордом одиночестве я уселся на продавленное кресло, протёр спиртом грязную клавиатуру и подхватил упавшее знамя отдела. Я считался единственным обитателем бэк-офиса, но в тишине не проводил ни минуты. Ко мне то и дело залетала одна из «львиц» с выпученными глазами и кое-как оформленными после удачно проведённой охоты документами. «Львицами» Елена Евгеньевна прозвала трёх проверенных сотрудниц, профессионально умевших развести клиента на банковские услуги. Согласно инструкции я должен был тщательно проверять документы, после чего ставить штамп и подпись.

По факту же от меня требовалось как можно скорее и желательно покорнее принять на себя ответственность за их дела, а иногда – делишки. Иными словами, прикрыть их задницы, старательно выпячиваемые перед индивидуальными предпринимателями.

«Львицы» из фронт-офиса готовы были выдать кредит кому угодно, ведь от этого зависел размер их бонусов. Я же, барахтаясь в постоянном цейтноте – «Валя, проверяй быстрее, клиент ждёт!» – нередко согласовывал то, что следовало бы изучить внимательнее.

Временами я всё же отказывался уступать напору «львиц». Тогда им на помощь выплывала из своего кабинета Елена Евгеньевна, для которой показатели продаж важнее всего на свете. В такие моменты я обычно сдавался, немного побурчав для вида.

«Валюш, ну ты чего такой бука?» – по привычке флиртовала Элиза, любовно поглядывая на меня, как на эсэмэску о зачислении премии на карту. За то, что я периодически закрывал глаза на должностную инструкцию, меня угощали тортом и гладили, как котика, сочувственными вопросами.

Прекрасно понимая, что происходит, я поддавался чарам «львиц», от которых уже с утра несло мартини.

Высокие шпильки, яркий макияж и двусмысленные взгляды – всё это входило в их арсенал. Если попадался совсем уж деревянный клиент, то «львицы» намекали, что с радостью примут предложение совместно поужинать, чтобы «убедить в выгодности нашего предложения». Судя по тому, как охотно клиенты соглашались на бессмысленные и дорогие дополнительные условия, «львицы» в лице грудастой Даши, томной Элизы и сладкоголосой Ани не зря ели свой хлеб.

Они мастерски давили на нужные рычаги, и мужики таяли, платили и не чувствовали себя обманутыми.

«Львицы» зарабатывали больше меня, но много денег вкладывали во внешность, постепенно теряя человеческий облик. Чего стоили только две широкие похожие на подковы загогулины, которые появились на лице Ани в том месте, где раньше были брови.