Наследник для Магната

Охранник окинул меня подозрительным взглядом и потянулся к трубке стационарного телефона.

Я понимала, что шансов у меня крайне мало: Бодров элементарно может меня не впустить и тогда не будет ни единой возможности пробраться к сыну. А это было самое кошмарное, что можно было только представить.

Мужчина положил трубку, и я все прочитала по его лицу без каких-либо слов. Бодров послал меня…

– Проходите, – неохотно проговорил он, и я, не веря своему счастью, быстро прошмыгнула мимо.

– Простите, – обернулась, – а вы не подскажете, как отыскать его дом?

Пришлось немного поплутать, пока нашла высокий коттедж из темного дерева и черного стекла.

В другое время я бы с удовольствием пробовалась окружающей красотой, но не сейчас: сейчас мне было наплевать абсолютно на все. Сын – вот что волновало меня. И только он.

Как он там без меня? Плачет, наверное…

Сердце просто кровью обливалось, стоило только представить маленькое родное личико в слезах. Ему наверняка страшно, он растерян и хочет ко мне…

И как теперь только попасть в этот чертов дом?! Огромные ворота были плотно закрыты.

Вокруг ни души.

– Я вас слушаю, – раздался откуда ни возьмись голос Бодрова, но его нигде рядом не было. От неожиданности я отшатнулась от ворот и, подняв голову, увидела небольшой встроенный монитор. С него на меня смотрел Глеб Бодров. – Что вы хотели?

Я дико разозлилась. Что за глупые вопросы – что я хочу? Он издевается? Я хочу забрать своего ребенка!

– Ну уж не косметику по каталогу толкнуть! Где мой сын? Я пришла за ним!

– Откуда у вас мой адрес?

– Оттуда же, откуда у вас уверенность в том, что мой ребенок – ваш! Между прочим, заявление на вас уже в полиции, с минуту на минуту сюда явится судебный пристав, – я отчаянно блефовала и была рада тому, что через монитор не так явно читается по моему лицу ложь.

 – А еще я обратилась на телевидение! Да-да. Если вам кажется, что это сойдет вам с рук – вам кажется! Мне плевать на ваш статус, потому что никто не имеет права безнаказанно красть чужих детей, понятно?

– Как раз этим мы сейчас занимаемся.

– Чем именно?

– Устанавливаем, чужой ли мне ваш ребенок.

– Конечно, чужой, ну что вы несете! Вы же взрослый человек и знаете, как делаются дети. Он никак не может быть вашим, потому что вчера я увидела вас впервые в жизни! И вообще, впустите меня, я хочу увидеть Богдана, – я со всей силы ударила ногой по воротам.