Солдат

Я же ведь начал драку, а они не виноваты! И только благодаря тому, что учителя хорошо обо мне отзываются и моим хорошим оценкам, я всё ещё учусь в этой школе.

– Всё ясно, – задумчиво ответил Вэй, – А что же твои друзья? Родители?

– Друзья убегают, как только начинается какой-либо кипишь. А родители… Ну, мама несколько раз была у директора и ходатайствовала за меня. А папа… От папы я только и слышу: "Как такое может быть?! Я вот в школе не дрался!" и тому подобное.

– Ну, ничего! Дам тебе несколько уроков по усмирению гнева, – ответил Вэй.

– Спасибо.

Лиам вздохнул с облегчением. А Вэй всё пытался понять, что же чувствует его ученик: о маме Лиам говорил с теплотой и нежностью, как будто она – его ангел-хранитель, а вот когда говорил об отце, в его голосе проскакивало что-то… непонятное. Это было похоже на чувство страха, вперемешку с любовью и уважением. За свою жизнь Вэй много чего повидал и хорошо научился отличать эмоции друг от друга, но чувства Лиама он не мог понять.

Занятия проходили весело и, как казалось Лиаму, очень быстро. За эти два часа он успевал рассказать тренеру всё, что произошло с ним в школе, как он делал уроки, во что играл вчера с друзьями. Вэй всегда умилялся, слушая эти истории. А Лиаму так нравилось ходить на занятия, ведь там он не только отрабатывал новые приёмы, а ещё и мог поговорить со своим тренером, который всегда рад был выслушать и поддержать его. Мастер буквально заменял ему отца и прекрасно понимал это.

– Он хочет, чтобы я всё делал, как он скажет! – возмущался Лиам, колотя боксёрскую грушу, – А я не хочу!

– Что именно ты не хочешь делать? Мыть посуду? Убирать за собой? – поинтересовался Вэй.

– Не хочу жить как он, не хочу воплощать его несбывшиеся мечты!

– У каждого свой путь, но твой отец не может этого принять.

– Вот именно! Он не понимает! – Лиам сильно ударил по груше.

– Тогда ты постарайся понять и принять его таким, какой он есть.

Лиам перестал бить грушу. Мастер Вэй как всегда был прав. Отец, наверное просто не умеет показывать свою любовь.

– Наверное, вы правы, мастер.