Тень зиккурата

 – Слушай, а я когда-то видел ролик о чем-то подобном на Ю-тубе, – воскликнул он.

– Та пошел ты со своим Ю-тубом! – разозлился Пашка. – Тут мозг плавится, а ты…

– А чем же я могу тебе помочь? – спросил Ваня.

– Ну, помолись за меня, а то у меня крыша съедет!

– Помолиться? – От удивления Ваня окончательно проснулся. – Ну, я попробую, конечно, только сомневаюсь, что тебе это поможет.

– Но тебе же помогает! Сам ведь говорил!

– Если я не ошибаюсь, то говорил я тебе об этом лет так шесть назад.

– А у меня память хорошая, – буркнул в ответ Пашка и тут же взмолился: – Плохо мне, слышишь, помоги!

– А с чего у тебя эти дельфины начались? – спросил Ваня.

– Да с двери этой проклятой! Помнишь, ты мне когда-то рассказывал про зеленую дверь?

– Это из рассказа Уэллса[2 - Г. Уэллс «Зеленая дверь».], что ли?

– Да, что-то вроде этого. – Голос в трубке замолчал, и Ваня услышал учащенное дыхание, а затем тяжелый стон.

– Эй, это ты стонешь? – осторожно спросил он.

– Слышь, я не хотел в эту клятую дверь заходить! – закричал Пашка. – Мне она и раньше неоднократно являлась!

– А она тоже зеленая?

– Да нет, железная какая-то! Меня мудрец бородатый в нее зайти приглашал. А я-то хорошо запомнил, как того англичанина еще ребенком заманили, красоту райскую показали, чтобы он всю оставшуюся жизнь о ней бредил, а потом в строительный ров кинули! Я бы ни за что в дверь эту не вошел, да меня красные дельфины в нее затолкали, а там такие страхи, что мама родная, помоги!

– Слышь, я помолюсь, – сочувственно сказал Ваня, – а ты повторяй, не переставая: «Господи, помилуй!»

– Ой, вот это так стены! И львы разъяренные! А это что? Драконы какие-то рогатые… Ванька, помоги! – неожиданно закричал Пашка, и в трубке раздались короткие гудки.

Ваня еще какое-то время крутил в руках пикающую трубку, как если бы она могла что-нибудь добавить к прерванному разговору, потом, подойдя к иконам, затеплил лампадку и, перекрестившись, сделал земной поклон.

– Господи, помилуй душу заблудшего Павла и помоги ему успокоиться, – сказал он, и, не вставая с колен, начал медленно читать девяностый псалом «Живый в помощи Вышнего».

Но, как Ваня ни старался сосредоточиться, молитва не шла: мысль, усилием воли направляемая в русло оградительного псалма, неизменно упиралась то в железную Пашкину, то в зеленую Уэллсовскую дверь.