Мы

Я вполуха слушал, что втирает продавец, чернявый парень с щегольски закрученными усами.

Особо привлекательной показалась цена – на порядок меньше, чем полагалось модели подобного года и состояния. Люди подходили, осматривали машину и отходили в сторону, понимающе ухмыляясь. Я же тогда на это обстоятельство не обратил никакого внимания. Обговорив цену, мы отправились к нотариусу. В то время процедура покупки машины выглядела так: продавец оформлял покупателю генеральную доверенность, которую тот, в свою очередь, мог передоверить кому-то ещё.

Я не обратил никакого внимания на имя прежнего владельца. А зря. Цыгана Мишу Иванова все знали как одного из самых известных спекулянтов в городе. Он промышлял тем, что скупал за бесценок битые в авариях машины, приводил в своём «прикормленном» автосервисе технику в приглядное состояние и реализовывал уже по рыночной цене как нормальный автомобиль.

Неделю я ездил счастливым. Но потом на мою машину взглянул знакомый, разбирающийся в автомобилях.

Наконец сухо спросил:

– Где взял?

– На рынке, купил.

– Почём?

Я назвал сумму. Тот покачал головой и попросил открыть капот.

– Так… Ага… Ясно…

– Что ясно-то?

– Она у тебя битая, после аварии, – объяснил он. – А затем восстановлена по кусочкам.

Для меня это оказалось сюрпризом.

– И куда её били?

– А прямо в лоб. Морду собирали заново, правили стойки, двери… Сам посмотри, как криво стоят кресла – так и не поставили, как надо, поленились…

– Короче, на ней ездить можно?

– В принципе, да… Возможно, на большой скорости руль будет тянуть влево… А так-то ничего…

– Тогда какая с ней проблема?

– Фиг продашь её…

– Ну и ладно.

Меня не особенно огорчила эта «ложка дёгтя». В конце концов, я покупал эту «шестёрку» для себя, а не для продажи. Нужно отметить, машинка меня не разочаровывала. Бегала резво, в ремонте не нуждалась, а если и тянуло влево, то только на баб.

Однажды заметил, что немного спускает заднее колесо. Я остановился на обочине, достал запаску, домкрат и приступил к замене. Через пару минут возле меня остановилась белая «Нива». Оттуда неторопливо выбрался пожилой цыган, и я каким-то шестым чувством понял, что это и есть Миша Иванов. Обветренное лицо и висящие длинные усы делали его похожим на унылого Будулая. Остальное было как полагается: пушистая норковая шапка и перстень величиной с воробья.