Обитель Разума

Сердце колотилось в грудной клетке, точно птица о стекло, било по ребрам и под левую лопатку. Мутило, голова раскалывалась. Страшно хотелось пить.

– Даниель, – глухо позвал он.

Ответа не было.

– Дань, мне плохо…

Спящий не просыпался. Сил подняться не было, да и звать тоже. Часы пробили половину третьего, потом три. Лучше Марату не становилось. А снег все сыпался сверху, из темноты, он не видел его, но знал об этом, снег падал, засыпая тропинку к кабине телепорта и сам ангар, где стояла кабина, падал, отрезая станцию от внешнего мира.

Это пугало Марата. Он пытался встать, но от малейшего движения боль становилась совершенно нестерпимой. Сперва эта беспомощность приводила его в отчаяние, потом стало все равно. Снег летал прямо в комнате.

В минуту просветления Марат понял, что это ему мерещится. Часы вякнули что-то насчет половины четвертого. По потолку и стенам бродили неясные тени.

“Пить хочется… – отстранённо подумал он, почти теряя сознание от боли. – Разбудить бы Даниеля, всё-таки…”

Это была последняя мысль, которую удалось запомнить.

Он отключился.

***

Утро следующего дня было таким же тёмным, как и любое другое время суток. Марат сел на кровати. Голова слегка кружилась, как, впрочем, и следовало ожидать. В ванной шумела вода.

Через пару минут вошел Даниель, гладко выбритый, босиком и без рубашки. Марат вздрогнул.

– Не холодно тебе?

– Я привык, – рассеянно ответил Даниель, начиная сворачивать своё одеяло. – Что у тебя с рукой?

Марат опустил глаза.

На тыльной стороне левой ладони, там, куда капнул сок из цветочного стебля, был глубокий ожог. Пузырь уже лопнул, из раны сочилась сукровица. Шевелить пальцами было больно.

– Обжёг, наверно, – неуверенно пробормотал Марат, разглядывая руку и вспоминая события вчерашнего дня. Впервые ему пришло в голову, что причиной плохого самочувствия ночью могла быть вовсе не пьянка.

– Где тебя угораздило? – поинтересовался Даниель. – Вчера-то не было этого.

И добавил, окончательно подкрепив подозрения Марата:

– Водка хорошая, похмелья нет.

Надо бы еще достать такой.

Марат помолчал и рассказал эпизод с цветком.

Даниель потёр рукой подбородок.

– Интересная жизнь у тебя стала, Марат. Мне прямо завидно.

– Не знаю, – хмуро сказал Марат. – Мне что-то не очень нравится.

– Не обижайся, – проговорил полярник с удивительной для него мягкостью. – Эти растения ядовиты, никаких сомнений в этом нет. Говоришь, принес один?

– Да. Дома на столе лежит.