Жили люди

Яков Тарасович и его шумоватая, но добрая супруга Дарья Ивановна (1865 г.р.), не в пример другим, были малосемейными: сын Костя с женой Фаиной Васильевной да дочь Зинаида. Фаина из посёлка Свирино, родная сестра Дунюшки Бащенко. Зинаида (будто по уговору с Фаиной) поменялась местом жительства, ушла к мужу в Свирино, Емельянову, хозяину крепкому, состоятельному, но не хохлу. У него много земли, мельница.

Яков Тарасович прослыл и тем, что задружил с Гапкой Минченко. Ребята потешались над ними, когда те оказывались в сарае.

То дверь прихлопнут – не открыть. То сохой борозду прочертят от дяди Якова до Сэмэнихи. То подсолнечными кочерыжками обозначат этот путь.

Украинцы народ музыкальный. Яков Тарасович привёз с Украины скрипку. Замечательно исполнял песни, пляски, разные мелодии. Приглашали его на свадьбы, вечеринки. Сам после одной, двух рюмок не всегда мог сдержаться, чтоб не сплясать гопака:

Гоп, кума, не журысь,

Туды-сюды повернысь!

А то подденет иную жинку, допустившую какую-либо оплошность:

Полизла баба в нэбо,

Поломала соби рэбра.

Так тоби, баба, и трэба,

Шоб нэ лазила на нэбо!

По адресу иного незадачливого мужика, хозяина-неумёхи, мог отпустить не менее колкое замечание:

Сам дурный

И взяв дурновату.

Не зналы, шо робыть,

Пидпалылы хату!

Музыкант горячим бывал. Однажды на свадьбе кто-то из гостей во хмелю подсел к его подруге, Сэмэнчихе, поговорить «за жизнь». Вспыхнул Яков Тарасович и скрипкой – об пол! Инструмент в щепки.

Стал скрипач после этого играть на гребешке!

Были балалайки у Вани Плюты, Саши Бащенко. Но что балалайка супротив скрипки!?

Как-то в доме Якова Тарасовича случилась неприятность: в погреб залез вор. Хозяин захлопнул крышку. Позвал старосту, Исаакия, кликнул мужиков. Вытащили вора на свет божий. (Вор не из хохлов).

– Всыпьте ему по первое число! – предложил староста.

Надавали мужики ему тумаков.

– Довольно, – сжалился Яков Тарасович.

В конце «военного городка» изба Пономаренко.

Последняя и по месту расположения, и по внешнему виду. Вокруг ни строения, ни кустика, открытое место. Лишь посреди огорода (видимо, из дичка) вымахала огромная груша. Летом большой соблазн для ребятишек да и чужих людей, идущих, едущих мимо по дороге: влево к кладбищу, вправо – к Супруновке.

Жильцы этого дома тоже хохлы, возможно, россошанские, бедные, безлошадные. Братья Пономаренко Артемий, Ефим Васильевичи да сестра Надежда (Надёга, Надюха).