Законы высшего общества

Ей хотелось, чтобы он был выше ростом, более мускулистый и лет на пять моложе. Но он все же был привлекательный. Не урод и не бука.

– А что? – поинтересовалась она.

– Это Алик. Дарю, – заявила Соня.

– Развей.

– Ну, я Алику не нравлюсь, так что пользуйся, – пояснила Соня.

– Сонь, а как ты можешь не нравиться? – усмехнулась Настя.

– Как-то так, – улыбнулась Соня. – А ты в его вкусе. Я уверена.

Настя покосилась на Алика, но не заметила ни на йоту интереса к своей персоне – Алик ел шашлык и беседовал с красавицей из Дома моды Зайцева.

– Чем он занимается? – спросила она.

Соня пожала плечами:

– Аферист.

Настя подавилась вином.

– Как аферист?

– Понятия не имею! – отмахнулась Соня. – Что-то продает, покупает… Не знаю.

Настя покачала головой и пошла купаться.

Когда она вылезала на берег, увидела Алика, который стоял на берегу по колено в воде и таращился на нее.

– Как вода? – поинтересовался Алик, мастер разговорного жанра.

– Мокрая, – ответила нелюбезная Настя.

– Давайте я вас на катере прокачу, – предложил Алик.

Настя согласилась – но без вдохновения.

Всю жизнь до знакомства с Аликом она думала, что некрасивая.

Даже годы спустя, поумнев и повзрослев, Настя не жалела, что до девятнадцати лет считала себя дальней родственницей Горлума. Она ведь не могла по-другому.

В детстве у нее была ужасная прическа. Колготы протерлись на коленях и спукались гармошкой. Воротник школьной формы пожелтел на сгибах и явно был мал.

А ее мать считала себя Зорро.

Настя до сих пор не могла избавиться от гаденькой зависти и желания поплакать где-нибудь в тихом месте, когда видела, что у ее подруг хорошие отношения с родителями. С родителями, которые приглашают на дачу друзей своей дочери, кормят их до отвала, с ужасом отвергают предложение помыть посуду, до сих пор дарят детям подарки просто так – потому что увидели в витрине нечто особенное, помогают им в трудную минуту и всегда готовы поручиться за детей в банке.

А ее мать всю жизнь посвятила мести. Настя была «его ребенком». Ребенком человека, который бросил ее, маму, погибать.

Погибала она весело. Во-первых, отец все реже и реже встречался с Настей, так как их отношениям предшествовала мучительная процедура – мать требовала, чтобы тот заходил за дочкой в дом, где устраивала скандал с выходом. Но алименты он платил – и не по ведомости, а по совести.