Леди Шир

Шир не ответила, вместо ответа она задала вопрос:

– Вы все дела выигрываете из тех, что ведёте?

– Нет, не все, – Эдуард усмехнулся, – но очень многие. Понимаете, есть такие дела, которые заранее знаешь, что выиграть их невозможно. Я сразу говорю об этом моему клиенту и самое больше, чего можно достичь – это не слишком строгого наказания. Многие клиенты в таких случаях тут же от меня отказываются, им хочется услышать ложь, услаждающую слух, хочется верить и надеяться хотя бы до конца процесса.

– А вы, стало быть, не хотите подарить им эту надежду?

– Нет, не хочу, я же не врач.

– Все эти суды закончились? – спросила Шир и указала на папку, что держала в руках, она хотела положить её на стол, но на столе было так много разных предметов, что для папки место не нашлось, и Шир опять вернула её к себе на колени.

– Да закончились и уже давно, я дал вам почитать документы с большим сроком давности. К делам последних лет я частенько возвращаюсь, пересматриваю, они всегда у меня под рукой.

– Тогда зачем вы храните эту папку?

– Показываю её новым клиентам, – сказал Эдуард с усмешкой и зачем-то взял со стола ножик для нарезки бумаги, – даю её почитать человеку, который пришёл ко мне и меня совсем не знает и, возможно, во мне сомневается.

– …Но прочитав всё это, незнающий вас – решит, что вы нехороший человек, – сказала Шир с улыбкой на лице, чтобы придать сказанному шутливый тон.

Эдуард понял иронию и тоже улыбнулся:

– Невозможно быть хорошим человеком и хорошим адвокатом одновременно.

Затем настала пауза. Шир, помолчав немного, поднялась с кресла, чтобы уйти:

– Пожалуй, мне пора, – сказала она, – да и Карин будет злиться, если узнает, что я вас тут отвлекаю разговорами.

Эдуард сделал жест рукой, чтобы Шир опять вернулась в кресло.

– Карин нет дома, она у соседей с сыновьями, в школе рождественские каникулы, скорей всего, они вернутся утром или даже к обеду, – он сказал это с некой пренебрежительностью, придавая некоторую незначимость тем, о ком говорил.

Шир опять уселась в кресле, ей и самой не хотелось уходить, она догадывалась, что Эдуард начнёт расспрашивать её о муже, и уже ждала этого. Эдуард не заставил её долго ждать.