Когда Бог был женщиной

Наверное, такие, как она, становятся литературными критиками, отращивают толстую задницу, которую неумело скрывают под хипповыми лоскутными юбками до пола, купленными где-нибудь во «ФрикФраке», украшают себя червленым серебром и носят в кошельке портрет Достоевского.

Они живут в своем маленьком иллюзорном мире, до дрожи влюбляются в Евгения Онегина или Андрея Болконского, соперничают с Анной Карениной или Элен Курагиной, дружат с Сэлинджером и созваниваются с Фитцжеральдом.

Она бы справилась с такой жизнью.

А вот с вечеринками, ради которых нужно выряжаться в платья за шесть тысяч долларов – вряд ли.

Потому что одно дело – мечтать, а другое дело – превратить свои мечты в реальную жизнь. Не все к этому готовы. И, возможно, она из этих самых – неготовых.

Дома она надела и носки, и самый старый костюмчик от «Джуси Кутюр», но удовольствия не поймала. Над головой нависла угроза завтрашнего праздника, и расслабиться никак не получалось.

Алиса поплелась в библиотеку, нашла аж целых три тома, посвященных унынию, и приготовила настойку на березовом соке и слюне тропической жабы для улучшения настроения.

Конечно, это все временно. Но все-таки туман рассеялся – настроение ползло вверх, новая жизнь уже не казалась такой мрачной, а скорая вечеринка представлялась настолько заманчивой, что Алиса померила платье. И замерла.

Конечно, в примерочной она уже все это наблюдала, но это было где-то шестнадцатое платье из тех, что она мерила – глаз замылился, к тому же под боком вопили Фая с Марьяной.

И она, видимо, не сразу поняла, как это красиво. А может, всему виной зелье.

Так, наверное, выглядят ангелы. Алиса открыла ларец с драгоценностями, надела колье из бриллиантов, розовых турмалинов и лунного камня в белом золоте, и поняла, что она – самая красивая женщина в мире.

Женщины должны ТАК выглядеть. Права была Марьяна – должно быть хотя бы одно такое платье, – чтобы не забывать: мы несем с собой красоту. Для женщин создают такие шедевры, женщин украшают бриллиантами, женщины предпочитают рыбу в медовом соусе сосискам с жареной картошкой!

Алисе захотелось блистать, покорять, удивлять и убивать красотой!

Она кружилась по комнате, пока не сбила развевающейся юбкой чашку с чаем, переполошилась – зря, на платье не попало, но все-таки решила отложить триумф до завтрашнего дня.

Платье вернулось в коробку, колье – в сундук, а Алиса влезла в носки и попыталась вообразить, какую прическу ей сделает завтра известный парикмахер.