Правила выживания в Джакарте

Что насчет Деванторы? Или Камиллы?

– Камиллу посадили в Китае в прошлом году, праздновали всей Церковью, – абсолютно непразднично сообщает Нирмана. – А вот Девантора живее всех живых.

Такие люди, как Камилла – пока, родная, сколько лет дали, кстати? – и Девантора, делали Картелю имя, но на них Картель не заканчивался. Картель был монструозной преступной опухолью на теле Малайского архипелага. Джакарту разрушали на его деньги, Джакарту отстраивали на его деньги. Наркотики, оружие, проституция, миллионные обороты – все это делало Картелю имя, и этим именем пугали маленьких и взрослых.

Рид оборачивается, исподтишка разглядывая его профиль – сплошь напряженный зигзаг.

– Басир живой, Девантора тоже, никакого праздника на моей улице, – ворчит Рид себе под нос, вытирая пот со лба. Рубашка, в которой он сошел с самолета, сверху напялив бронежилет, вся мокрая. – Блин, народ, давайте закроем окна и включим кондиционер.

Может быть, он вспотел от стресса (одно упоминание Картеля Восхода могло заставить воду из организма попытаться испариться и сбежать из Джакарты, используя гидрологический цикл), но вслух он произносить этого не стал.

– Классная идея, но он здесь не работает, – говорит Нирмана. – Я это выяснила, пока в тебя целились.

Оказывается, в мире происходит столько интересных открытий, пока в Рида целятся! Учитывая, что на уговоры не стрелять он тратит треть своего времени лет с пятнадцати, вся жизнь проходит мимо.

– Самая жалкая тачка в мире, – повторяет за старшими Рид и свистит, привлекая внимание. – Эй, певчий мальчик, открой окно пошире, до меня не долетает. Так вот, продолжаем. – Он разворачивается обратно с самым деловым видом.

Про себя он уже успевает добраться до Куала-Лумпура и затеряться среди малайзийцев – только теперь это намерение обретает весомую мотивацию и вектор. Он не собирается оставаться здесь дольше, чем потребуется, чтобы раздобыть фальшивые документы, спасибо.

– Значит, старик Басир тоже хочет печатать деньги.

– Тебе, может, еще презентацию с диаграммами провести? – заводится Салим. – Тащи, блять, проектор.

– Эй, дружище. Ты бесишься. А ты не бесись, – предлагает Рид, а потом отворачивается от Салима и кладет подбородок на спинку водительского сиденья, чтобы поговорить с тем, кто не такой эмоциональный. – Так вот.