Правила выживания в Джакарте

Боргес, которого, кажется, наличие погони только радует, хочет ударить ее кулаком по плечу, но в последний момент успевает опомниться и просто подбадривает:

– У тебя все получится, я в тебя верю!

– У меня все получится, если ты прекратишь размахивать руками, – мрачно предупреждает она. – Салим, или ты нагибаешь Андрею голову, или вы пересаживаетесь. Последний раз говорю.

– Господи, просто отстань! – орет на нее Салим. – Андрей, опусти голову!

– Пак Салим, может, лучше поменяемся местами? Вы же маленького роста, Нирмане будет лучше видно.

Господи, он – кто бы этот пацан вообще ни был – это сказал. Он правда это сказал! Проехался по росту Салима прямо в его присутствии! Восхитительная тяга к самоубийству просыпается в том третьем теле на заднем сиденье – незнакомом мальчишке лет двадцати от роду, возмутительно арийской внешности, в длинной сутане со сбившимся воротничком. На аэродроме Рид его не видел, значит, всю стрельбу он просидел здесь.

Салим тем временем тянется к шее забившегося в угол парня, но в этот момент машина снова виляет, и поднявшаяся было Зандли валится назад, на них, поэтому Салиму остается только ее пихнуть:

– А ну, дай я пролезу и задушу этого засранца!

– Но вы не из-за меня такой ма… Ай!

– Обожаю, – заявляет Рид, разворачиваясь уже целиком, чтобы не пропустить ни одного жеста из игры актеров в этом представлении. – На секунду аж порадовался, что вернулся.

– Если бы ты не вернулся… – начинает Салим, перелезая через Зандли и, судя по шипению, случайно заезжая той локтем промеж ребер.

– Вы лезете, чтобы ударить меня, почему я не должен защищаться?

– Андрей, заткнись!

Боргес становится коленями на кресло и, положив руки на спинку, хохочет. Зандли, закатывая глаза, выбирается из кучи-малы, Нирмана угрожающе молчит, а когда Андрея таки сдвигают в сторону, становятся видны сияющие праздничными огнями крыши нескольких полицейских машин.

– Андрей, прекрати брыкаться, Рид, придурок, прекрати ржать… – И тут, бросая взгляд на Рида, Салим меняется в лице и перестает пинать белобрысого пацана. Пацан пользуется моментом, отодвигается как можно дальше и прижимается лицом к окну.

– Что это? – спрашивает отвлекшийся Салим, поднимая бровь.

– Где? – спрашивает Рид, поднимая бровь в ответ.

– У тебя. На голове.

Боже, только не снова.