Незримое звено. Избранные стихотворения и поэмы

Однако же, прозрачно и легко

мои глаза на сшелушившиеся брюки

глядели с невесомых облаков,

и так, на юг простерши руки,

я оставался до исхода дня,

латинский крест зажавши как поруку,

что есть еще надежда для меня,

что в воздухе еще белеют нимбы,

что жало вырвано и жалок сатана,

и это Бог нам посылает зимы.

2.

Меня опять окликнули. Я резко

на клекот оглянулся и увидел:

архангел находил на поднебесную.

По ходу своему подмяв обиды,

злость, неудачу, свежими глазами

он изо всех глядел как победитель.

О, Господи, Святая сила с нами.

Людские взгляды розового лона

небесной памяти пошли голубоватыми снегами.

И так я содрогался изумленно,

случайные слова вымямливая немо,

святой любви свидетель незаконный.

И только и могу, что строго внемля,

отметить как восторженно и чинно

архангел находил на землю,

и этому одна, одна причина —

я карту потерял, не может быть двух мнений,

и не найти пути в небесную отчизну.

Мне изо всех углов зловонные измены —

еще минута – взвоют отходную,

врачуя душу кисло-сладким пеньем.

Еще минута я тебя миную,

то розовый, то голубой архангел.

Ты мимо, я назад – еще минута.

Так сетовал я, сам собой оплакан,

когда смеющийся еврей-священник

на полтоски меня одернул нагло.

Он выговорил чин, жуя служебник,

облил меня и сунул крест латинский,

сказав: «Вы спасены святым крещеньем».

Я вышел в край, где ангелы крутились

и тот священник с животом огромным

невыносимым пламенем лучился.

И Бог приветствовал меня спокойным громом.

3.

На темный воздух, прокипевший снегом,

я, пополам сломавшись, налетел,

заворожен неосторожным бегом,

когда в меня сквозь нищую фланель

просунулся, нашаривая ребра,

нежданный лекарь – мокрая метель,

а снизу вверх заведомо недобрый,

сворачиваясь, бил под облака

тот, кем я был навеки попран:

не ветер – мука и тоска.

Вся наша жизнь лишь обученье смерти,

которая как Дух Святой легка.

И Он глядел, как я ломился в двери,

безумием органным полоща

кипящий воздух через тысячу отверстий.

«Венчается на царство, – Он кричал, – по швам

с натуги лопнувшее тело,

твоя душа венчается, треща».