Незримое звено. Избранные стихотворения и поэмы

«Ах, конь, немая слава всадника…»

Ах, конь, немая слава всадника,

он фыркает, ступая, белый,

и мир, как театральный задник,

изодранный и неумелый,

и мир, как шар, и конь из плиток,

а я смотрю – и вот на нем

стальной разнообразный слиток,

звучащий тихо водоем.

Святому Мартину помолимся растеряно,

святому рыцарю, пусть, совесть и сверчок,

он повернул на Запад и Восток —

мне прошлое как полглотка доверено.

__________

Мне полглотка доверено – на пей —

доверено, а я не сделал шага,

от брюк моих не отошел репей,

а на губах уже благая влага.

Здесь ведь не то, чтоб встать и сесть —

не продохнуть, а возле

уже бежит благая весть —

за что? – всё после

расплатимся иль никогда,

если ты выберешься – вот моя награда,

И где беда? Когда беда,

Я – Мать, и мне беды не надо.

И легкой девочкой ломая на ходу

передо мной кусты, она исколотая мчится,

сиделка, утешительница, чтица,

учительница – только бы беду

отвесть.

лишь две руки ее и дальше

голубоглазо небо.

«Благодарю Тебя, Господь, за то, что я не лев, не пес …»

Благодарю Тебя, Господь, за то, что я не лев, не пес,

благодарю, за то, что я труха земная,

что жизнь моя, как стая ос,

метущаяся, отдыха не зная,

что вижу луч и слышу шаг

той дрожи воздуха и запоздалой лани

немыслимо свободное желанье,

когда она спешит, кусты круша.

Сухую кость куста

и поцелуи ног ее ломают,

и мечется она немая,

от жестких солнца и песка пуста.

Но Ты – Господь, и ненавистный снег,

сливаясь, гонит в одиноком крике:

«Благодарю Тебя за Твой великий,

за неустанный Твой, за мерный в сердце бег».

«На мглистом асфальте закружится странник ненастный…»

На мглистом асфальте закружится странник ненастный

волчок и надежда, волчок и надежда и вот

сиреневый дым раскрывает дрожащие пасти

и будет проглочен в туманы сейчас идиот

Ах, он повернет, повернет еще вяло

и вот как бы не было, как бы его уже нет

закутает воздух-возд?х и облак махнет одеялом

земля его гроб и весна ему волчий обед.

«Мир движется. Он снялся. На колеса…»

Мир движется. Он снялся. На колеса

налипла световая желтизна

не знают отдыха промасленные косы

рельс, не знают сна

Запрели листья под бисквитом снега

и день – зола, да и земля – подзол

уйду в бега. Не остановишь бега.

И это не тягчайшее из зол.