Киберпираты

Павлов от всего отказывается и ведёт себя так, как и должен вести себя любой невиновный человек в его положении. К тому же он считает, что его подставил этот Георгий Карасёв руками русской мафии. Какой смысл ему меня обманывать? Ведь я единственный, кто может защитить его.

– Странно, – пробормотал пожилой человек, – именно Павлов звонил во Всемирный банк.

– Слова Павлова можно легко проверить!

– И как же?

– Павлов говорил, что этот самый Карасёв летел с ним в одном самолёте!

– Вот как, – на губах пожилого появилась мрачная усмешка, – решил действовать, оставаясь в тени? Выкидывая на доску бесполезную фигуру.

Умён этот…Карасёв. Ничего не скажешь. Проверь, если они действительно вместе прилетели, значит Павлов говорит правду.

Эти слова были обращены к третьему действующему лицу, который ещё не проронил ни слова. Он так же безмолвно достал телефон и набрал номер. А через мгновенье, впервые за разговор, послышался хриплый голос этого человека.

– Проверьте рейс из Москвы, на котором прибыл Павлов.

Мне надо знать, летел ли с ним человек по фамилии Карасёв? Меньше чем через минуту этот человек убрал телефон в карман и в ответ на вопросительный взгляд пожилого, кивнул головой.

– Георгий Карасёв летел вместе с Павловым. Он говорит правду.

Услышав эти слова, пожилой указал Стебиану тростью, которую держал в руках, на маленький чёрный дипломат.

– Возьмите, Стебиан. Там двести пятьдесят тысяч долларов. Вы заслужили их.

С горящими от жадности глазами, Стебиан осторожно взял с сиденья дипломат и сунул под мышку.

С той же осторожностью он спросил у своего щедрого благодетеля:

– А что делать с Павловым? Он ведь не виноват в убийстве!

– Доведите начатое до конца!

– Но ведь его могут приговорить к смертной казни?

Пожилой человек с безразличным видом пожал плечами.

– Одним русским станет меньше. Вот и всё. В любом случае, его нельзя выпускать из тюрьмы. Это может помешать нашим планам.

– Я всё понял!

Когда Стебиан покинул машину, пожилой снова обратился к своему спутнику:

– Найдите этого Карасёва.

Выясните, что он знает и что у него есть, а когда выясните – убейте его и уничтожьте всё.

Оказавшись в камере, Павлов нервно начал вышагивать. Он едва ли не ежеминутно останавливался, прислушиваясь к любым звукам, в надежде различить знакомые шаги. Если и показывалась фигура полицейского, то это была не та, которую ждал с такой надеждой Павлов.