Генеральная репетиция

Автомобильную, специальную технику, имущество и запасы материальных средств реализовать по остаточной стоимости на месте.

    28 мая 1992 года Генерал армии

    П. С. Грачёв.

По словам самого Грачёва, «…это был вынужденный шаг. Боеприпасы всё равно фактически находились в распоряжении боевиков, к тому же вывезти их не представлялось возможным из-за отсутствия эшелонов и военнослужащих». Он не лукавил, на момент подписания данной директивы в распоряжение боевиков уже перешло порядка 70% вооружения, имущества и запасов материальных средств, находящихся в республике.

В июле 1992 года российские войска под угрозой вооружённых действий со стороны чеченцев покинули территорию республики. По разным данным, в распоряжении у Дудаева осталось:

– бронетанковой техники (в том числе 42 танка Т-62 и Т-72, 34—36 БМП, 30 БТР) – от 108 до 134 единиц;

– артиллерийских систем (в том числе 18 реактивных систем залпового огня «Град» и 30 122-мм гаубиц Д-30) – от 139 до 153 единиц;

– 27 зенитных орудий и установок;

– 77 комплектов ПТУР, несколько сотен ручных противотанковых гранатомётов;

– 426 самолётов (из них 5 боевых);

– 2 вертолёта;

– более 50 тысяч единиц стрелкового оружия;

– 27 вагонов боеприпасов;

– 3050 т горюче-смазочных материалов;

– 38 т вещевого имущества и 254 т военного продовольствия.

К концу 1994 года Дудаеву удалось создать и вооружить весьма многочисленные формирования – около 40 тысяч человек. Часть командных кадров дудаевцев имела опыт боевых действий в Афганистане и Абхазии, остальные приобрели определённые навыки на различных учебных сборах и в многочисленных вооруженных акциях на территории самой Чечни.

Вот вам и разрозненные группы пастухов и колхозников с охотничьими ружьями наперевес и несколько неисправных танков. Так что в пунктах контракта была отражена реальная информация, а не форс-мажорные обстоятельства, и контрразведчик не мог этого не знать.

На кремлёвско-олигархической кухне готовилось некое блюдо. Матвею и таким, как он, военнослужащим суждено было стать в этом блюде всего лишь одним из ингредиентов. Так что пока наш герой, не ведая того, пытался поесть, его самого готовили на закуску.

Когда через два часа он стоял возле злополучной железной двери, решение было принято, можно сказать, выстрадано. Но мысли продолжали копошиться в голове.