Лабиринт Минотавра. Герои, боги и чудовища

Сочувствует, так лишь для вида

Коварная, горе случится,

Всю землю сожжет колесница.

Отвергнутый сын не зевает,

Он мир этот вновь убивает,

И будет убитым убийца,

Там Зевс все лютует, ярится.

В объятьях немых Океана

Останется внук его странный,

И скажет Старик – Он разбился.

Исчез, навсегда растворился.

И Гелиос с неба взирает,

Он знает, он все это знает.

Глава 19 Гибель сына Гелиоса

О чем думала или не думала в тот момент Клименка, соглашаясь с Эридой, сказать трудно.

Какая —то эйфория царила на острове, словно бы все было настроено на эту волну.

Фаэтон, ушел нее оглянувшись, он был убежден в том, что оглядываться – это плохая примета, вот и не оглядывался. И Эрида подумала о том, что видели они парня в последний раз.

Климента ни о чем таком не думала, она считала, что пробил ее час, и тот, кто был зачат Гелиосом, наконец займет достойное место.

Гелиос царил, как и обычно на небосклоне, ничего в жизни его не переменилось, как было, так и осталось. Он взирал на взрослого сына и хотел как-то искупить свою вину. Парень не виноват в том, что его матушка так вот с ним поступила, да с ними с обоими.

Когда Гелиос услышал о том, что тот хочет колесницу, он нахмурился

л- Кто тебе о том сказал? Ты не мог об этом сам догадаться, не делай этого, не стоит, кроме беды это ничего не принесет, уж поверь мне, спроси у сивилл.

Но все сказанное было напрасно, парень не отступался от своего.

– Мои друзья не верят, что я твой сын, вот я и должен им все это показать. Пусть они все увидят своими глазами, ведь лучше один раз увидеть, – говорил парень и боялся остановиться.

Гелиос ему поверил, он почувствовал, насколько это было важно для самоутверждения. И хотя в глубине души он чувствовал подвох, но не собирался отказывать брошенному когда-то сыну.

Как же здорово было лететь в колеснице над миром, он летел все быстрее и все дальше – сын Гелиоса и Клеймены, рожденный обманным путем, он докажет всем, что они заблуждались, что он так же могуч и сиятелен, как и его отец, что никакая п мире сила не сможет его побороть.

В какой момент радость сменилась тревогой, сказать трудно. Просто он слишком быстро подлетел к земле, боясь, что друзья его не разглядят, решат, что там сам Гелиос катается, а вовсе не он.