Записки с Белого острова

– Помнишь «Дьявольский зной»? – спросила Мара. – Это про меня с Андреем песня.

Они с Таей только что обчитались Булгакова. А я обслушалась симфоблека. И такая долбанутая любовь была для нас образцом.

– А пошли по карьерам лазить? – предложила я. – Там тебе «дьявольский зной» будет.

– Ага, – согласилась Мара. – Жарко песец.

* * *

Это про-осто замкнутый круг…

Мы гуляли по пыльным песчаным холмам, жмурились от солнца и пели все песни, которые помнили наизусть. Наизусть мы помнили почти всю Арию, так что работы у нас было много.

– Вечером уже не выберешься? – без особой надежды спросила я.

Мара покачала головой. Я кивнула. Они ведь с Андреем в согласии – у меня шансов нет.

Мы помолчали.

– Знаешь, – сказала Мара, – а ведь мне уже и неинтересно с нашими-то. Как будто они смотрят на всё с цоколя, а я – с верхних этажей. Будто надстройка, что ли, появилась. И я фиг знает, плохо это или хорошо.

– Ну вот это всё, – я показала на экскаваторы и бетонные глыбы вдали, – тоже неясно, хорошо или нет. А у тебя что? Стадион или многоэтажка?

– Скорее церковь, – ответила Мара. Она, как и Тая, религиозна.

На холме у ограды сидел рабочий. Мы подошли к нему.

– Простите, а что тут строится?

– А вон, – ответил рабочий и руками обнял воображаемую толстую гусеницу. И сверху пальцем что-то накарябал.

Я повернулась к Маре:

– Ну ты и Нострадамус. Действительно, храм.

Мара махнула рукой. Мы спустились на дорогу. Слева был МКАД, цвет наших кроссовок было не определить. Они были когда-то чёрными, а стали жёлтыми, как песок, который мы пропахали.

Или как солнце.

Сгораемый шкаф

В детстве мы ждали, когда же проедет катер.

Волны! Волны!

Чем ближе он проезжал, тем больше были волны. Через них мы прыгали.

Да ненастоящие же, говорили взрослые.

А кого это смущало? С катера нам махали и улыбались.

* * *

Мне позвонили на городской.

– Это Аля? – спросили голосом Булата Окуджавы.

– А вы кто?

– А я Егор. Мне Мара с Андреем дали ваш номер.

– А зачем?

– Чтобы мы познакомились, – ответил Егор и окончательно лишил меня аргументации.

– Тебе лет-то сколько? – спросила я.

– Девятнадцать.

– А мне четырнадцать. Ничего?

– Норм, – без намёка на сарказм ответил Егор.

* * *

Мы договорились о встрече.

– В общем, – сказал Егор, – подъезжаешь к почте. А там дверь.